Книга Замуж не за того, страница 12 – Astra Maore

Затем староста нас разворачивает и ведет к реке. Оставляет у самой кромки воды, наклоняется, зачерпывает двумя ладонями и с заклинаниями брызгает сначала в Огнеяра, а потом в меня.

Затем без вопросов берет наши руки — вновь краткий миг блаженства! — и соединяет — о, привет, медведь.

Ну что, Огнеяр теперь мой муж или все еще нет?

В сопровождении старосты подходим к ритуальному столику. Оказывается, там лежат цветочные венки.

Медведушка надевает мне венок на венчик, я украшаю его. Лицо у него постное и приличествующее случаю. Ни тени улыбки. Староста тоже хмур.

Теперь ритуальная чаша. Что там в ней, не знаю. Какой-то отвар, и мы должны его испить. Ну, пью.

А дальше начинается гроза.

Сразу поднимается шум, гам, паника и крики:

— Как же священное дерево?

Голос старосты, низкий и звучный, перекрывает их все.

— Боги благословили свадьбу своим знаком. Поклонимся и уходим.

Все, кто только что бесновался, ошарашенно смотрел друг на друга и заламывал руки, как по команде кланяются идолам в пояс.

Я, разумеется, тоже. Не знаю, что это за боги, но после случившейся со мной магии как-то не хочется с ними ссориться. А то, глядишь, испепелят за то, что влезла в чужое тело и за чужого жениха выхожу.

Он тут как тут — быстро ведет к саням, и да, хватка все та же ужасная, а дождь льет на нас, на народ, на площадку с идолами — на улице уже не попируешь и не попразднуешь.

Ничего, в доме столы накроем, в новой избе, пока все еще окончательно не вымокли. Ловко, споро, быстро — хвала небольшим расстояниям — «свадебный поезд» мчится домой.

Там тепло, сухо, а здесь сверкают молнии, гремит гром, и теплые капли смывают краску с лица, сарафан липнет к телу, я закрываюсь от дождя… и, похоже, нам грозит небольшое переодевание… неважно, зато в дом Огнеяр вносит меня впопыхах, и никто не осыпает нас ритуальными зернами — слишком сыро.

Изба скроена на совесть — просторная, для большой семьи. Так сказать, статусная. Места хватает на всех приглашенных.

От печи идет жар, да и на улице парко — на мокрую одежду никто особого внимания не обращает, а я в общей кутерьме не успеваю отслеживать, где староста. Он, как будто, одновременно всюду и распоряжается праздником.

Сижу на почетном месте, Огнеяр рядом, а у меня зуб на зуб не попадает.

Скоро споют положенные песни, вынесут каравай, потом гуся, а затем и куриный пирог. Можно будет отщипнуть от него чуток, воды выпить и идти… в баню.

Именно в бане по всяким хитрым правилам подготовлено ложе.

Блин, как бы незаметно стянуть нож со стола? Шпилек-то в волосах нет, чем бедро царапать?

Видимо, никак не стянуть. Карманов у меня даже не предусмотрено, за браслет нож не заложишь, да и провожать нас будут всей толпой…

Точно заметят. Тот же староста заметит и «сдаст».

Ловлю его взгляд.

Настороженный, внимательный. Спешно отвожу глаза.

Из-за тебя, мужик, мне придется в бане говорить с Огнеяром шепотом. А что в это время будешь делать ты, вопрос… Мужчина, у которого давно никого нет, когда за стенкой как бы явно секс. Прям загадка, чем же ты можешь заниматься.

Начинается пир. Гости едят, пьют, а мы с Огнеяром сидим истуканчиками, «сил набираемся».

У меня в голове шум: не слышу, о чем поют, не соображаю, что говорят. Староста со своего почетного места тоже что-то говорит.