Книга Не по договору. Книга первая, страница 34 – Надежда Ковалёва

— Поставь меня.

— Нет.

— Это очень самоуверенно.

— Да.

— А если я передумаю?

Он остановился мгновенно.

— Тогда поставлю.

Лиза смотрела на него несколько секунд. Потом коснулась губами уголка его рта.

— Не передумала.

У двери спальни страх все-таки вернулся. Дин почувствовал, как она напряглась, и поставил ее на пол. Без раздражения. Без вопроса в лице. Просто отпустил.

— Мы можем остановиться.

— Я знаю.

— Тогда почему ты выглядишь так, будто сейчас убежишь?

Лиза попыталась улыбнуться.

— Стратегическое отступление.

Он не улыбнулся.

— Скажи правду.

Она не могла сказать: «Я любила тебя еще тогда, когда ты не помнил, какой у меня выходной». Не могла сказать:

«Для тебя это первая ночь со мной, а для меня конец четырех лет ожидания». Поэтому выбрала другую правду.

— Я не хочу утром услышать, что мы совершили ошибку.

Лицо Дина изменилось. Он приблизился, но не коснулся.

— Я могу пообещать только одно.

Она ждала.

— Я не знаю, что между нами будет через месяц.

Боль вспыхнула слишком быстро.

— Но я точно знаю, что если сейчас ты войдешь со мной в эту комнату, утром я не назову это ошибкой.

Лиза смотрела на него.

— А договор?

— К черту договор.

Сердце ударило так сильно, что стало больно.

— Очень профессионально.

— Ты разрушительно влияешь на мою профессиональную этику.

Она наконец улыбнулась. Он коснулся ее щеки.

— Только скажи мне одну вещь.

— Какую?

— Что ты остаешься не потому, что тебе платят изображать мою девушку.

Лиза взяла его за руку и переплела их пальцы.

— Я остаюсь не из-за договора.

Дин закрыл глаза на мгновение, словно эти слова принесли почти физическое облегчение. А потом наклонился к ней. На этот раз Лиза сама поцеловала его первой. Дальше мир сузился до прикосновений и полутемной комнаты, до его ладони на ее спине, до тихого смеха, когда они зацепились за край покрывала, до неожиданной нежности, от которой становилось страшнее, чем от желания. Дин никуда не торопился. Каждый раз, когда ее дыхание менялось, он смотрел ей в глаза, будто сверялся не с собственным желанием, а с ее ответом.

Лиза давно думала, что близость с ним будет похожа на пожар. Она ошибалась. Пожар можно переждать. Это было похоже на то, как дверь, к которой ты годами не решался прикоснуться, вдруг открывается сама — и за ней оказывается не фантазия, а живой человек. Теплый. Несовершенный. Тихо произносящий ее имя у самого виска.

Позже Лиза лежала рядом, уткнувшись лбом ему в плечо, и слушала, как постепенно выравнивается его дыхание. Дин провел пальцами по ее волосам.

— Ты жалеешь?

Она подняла голову.

— А ты?

— Я первый спросил.

— Нечестный прием.

— Да.

Лиза смотрела на него в темноте.

— Нет.

Его рука замерла на ее спине.

— Я тоже.

Она должна была почувствовать облегчение. Вместо этого вспомнила: до окончания договора осталось пять недель. Пять недель до даты, которой Дин уже раздражался. Пять недель до того, как ей придется понять, было ли «к черту договор» настоящим решением или только словами мужчины, который очень хотел ее сегодня вечером.

ДИН

Дин проснулся от того, что Лиза пыталась сбежать.

Не драматично. Очень тихо. Она осторожно подняла его руку со своей талии и замерла, когда он сказал:

— Даже не думай.

— Ты спишь.

— Уже нет.

Она стояла возле кровати, прижимая к себе платье, и выглядела настолько виноватой, что ему захотелось смеяться и одновременно вернуть ее под одеяло навсегда. Второе желание пугало сильнее.