Книга Не по договору. Книга первая, страница 53 – Надежда Ковалёва

Она прибавила громкость.

Дин посмотрел на нее на красном свете.

Лиза уже подпевала, намеренно фальшиво.

— Ты не знаешь слов.

— Знаю.

— Там другое слово.

— Докажи.

Он доказал.

На втором куплете.

Очень тихо.

Лиза замолчала от удивления, потом расхохоталась так, что уронила картошку на пальто.

— Ты знаешь ее наизусть.

— Я рос с Сэмом. У меня были тяжелые обстоятельства.

— Еще раз.

— Нет.

— Я расскажу Сэму.

— Это шантаж.

— Я учусь у лучших.

Дин спел еще одну строчку.

Лиза смотрела на него так счастливо, что он на секунду забыл следить за светофором.

Сзади посигналили.

— Видишь? — сказала она. — Любовь делает тебя опасным для общества.

Он повернул голову.

— Ты сейчас сказала «любовь»?

Она мгновенно заинтересовалась последней картофелиной.

— Смотри на дорогу, Харпер.

Дин больше не давил.

Ему неожиданно нравилось, что между ними появились слова, которые не нужно вытаскивать силой.

По дороге он остановился у круглосуточного магазина.

— Что тебе нужно? — спросила Лиза.

— Яйца.

— Ты снова все съел?

— Это клевета.

— У тебя на холодильнике записка.

— Написанная человеком, который живет в другой квартире.

Лиза прищурилась.

— Пока.

Слово прозвучало легко.

Дин почувствовал его физически — где-то под ребрами.

В магазине он положил в корзину яйца, кофе, воду и два стаканчика йогурта с манго.

Только у кассы понял, что йогурт не ест.

Лиза стояла рядом и листала сообщения.

— Ты что-то забыл? — спросила она, заметив его взгляд.

— Нет.

Он заплатил.

В машине Лиза заглянула в пакет.

— Ты купил мой йогурт.

— Видимо.

— «Видимо»?

— Он сам прыгнул в корзину.

Она ничего не сказала.

Просто положила ладонь ему на затылок и быстро поцеловала в щеку.

Дин еще несколько секунд сидел неподвижно.

— Это что было?

— Положительное подкрепление.

— Работает.

Дома Лиза первой сняла обувь и прошла на кухню так, будто знала квартиру дольше одиннадцати дней.

Она знала, где стоят тарелки.

Какой выключатель включает свет над плитой.

Как открыть окно, которое заедало после дождя.

Дин раньше любил, когда вещи оставались там, куда он их положил.

Теперь его совершенно не раздражало, что кружка Лизы стояла не на той полке.

Это должно было настораживать.

Не настораживало.

— Не ешь яйца, — сказала она, увидев, как он открыл холодильник.

— Я их купил.

— На завтрак.

— Сейчас почти час ночи.

— Именно. Нормальные люди ночью не жарят яйца.

— Нормальные люди ночью спят.

— У меня бар.

— У меня компания.

— Значит, мы оба приняли плохие решения.

Дин взял сковороду.

Лиза забрала ее у него.

— Сядь.

— Почему?

— Ты умеешь жарить яйца?

— Конечно.

Она посмотрела на него.

— Умеешь?

— Теоретически.

— Сядь.

Дин сел.

Она готовила босиком, в его рубашке, которую успела стащить из спальни, пока он разбирал продукты.

Рубашка доходила ей почти до середины бедра. Волосы были собраны той самой резинкой, которую он неделю находил в разных комнатах.

Дин смотрел и чувствовал совершенно непрактичное желание остановить время.

Не вечер в дорогом отеле.

Не поцелуй перед камерами.

Это.

Лиза, ругающаяся на его сковороду.

— Почему она такая тяжелая?

— Потому что хорошая.

— Мужчины всегда говорят так о предметах, которыми можно убить человека.

— Я могу купить легче.

Она повернулась.

Дин сразу понял ошибку.

— Не тебе. Себе. Если захочу.