Книга Купеческая дочь за горца не пойдёт, страница 63 – Татьяна Михаль

— Да что-то надоело мне под постоянным наблюдением находиться. Из-за Черкасского я резко полюбила быть одной.

Я тут же пожалела о своих глупых словах. Глаза Белозёрского чуть сузились.

— Черкасский? Гайдар Бекович?

— Вы его знаете? – опешила я.

— Знаю, – ответил князь. – Мы вместе служили на Кавказе. Хороший командир и жёсткий, но справедливый. Вы хорошо с ним знакомы?

— Э-э-э… знакомы, да, что-то вроде того, – уклончиво ответила я. – Но это не важно. Лучше расскажите о себе, князь. Вы военный, как я поняла.

И он начал рассказывать о службе, Петербурге. О том, как приехал в Пятигорск на воды, чтобы поправить здоровье после ранения.

О своём имении. Я слушала, кивала и улыбалась, и думала: «Вот он настоящий русский аристократ без горских замашек, да ещё с золотыми кудрями и голубыми глазами. Не хватает только белого коня».

— Марья Арсеньевна, – вдруг проговорил он, прерывая мой внутренний монолог, – я, конечно, понимаю, что мы едва знакомы... Но не позволите ли вы навестить вас, к примеру завтра? С вашим батюшкой познакомиться?

Я чуть не поперхнулась лимонадом.

— Навестить меня?

— Если вы не против.

Князь, я согласна!

— Я не против! – выпалила я. – Приходите! Папенька будет рад! Он вообще любит гостей, особенно князей!

— Особенно князей? – улыбнулся он. – Их у вас много бывает?

— Да так, – хихикнула я и махнула рукой. – Один, второй... третий... Но вы будете особенный.

— Чем же?

— Вы – блондин, – честно ответила я.

Он рассмеялся.

Вот он. Мой шанс и билет на свободу. Если папенька увидит, что есть другой князь, да ещё русский, он, может быть, передумает насчёт Гайдара. А если передумает, то я свободна! Точнее, я готова стать женой этого прекрасного принца, то есть, князя.

Андрей Алексеевич великодушно предложил довезти меня до дома, но я отказалась, так как хотела ещё погулять.

— Тогда до завтра, Марья Арсеньевна, – произнёс Белозёрский, поднимаясь. – Я буду иметь честь явиться к вам с визитом.

— До завтра, князь, – ответила я сладко.

Он поцеловал мне руку – в воздухе, едва коснувшись, как и положено по этикету, и вышел из кондитерской, оставив меня одну.

— Марья Белозёрская, – прошептала я. – Очень звучит.

И тут же одёрнула себя. Нельзя забегать вперёд.

Но план уже зрел в моей голове.

Я допила лимонад, подхватила свёртки и пошла в магазин готового платья. Я хотела присмотреться, возможно купить пару нормальных нарядом. Настроение было, хоть пой.

* * *

Дома меня встретила Пелагея. Она посмотрела на моё сияющее лицо, на разорванный рукав и всплеснула руками:

— Батюшки-светы! Марья Арсеньевна! Что опять случилось с вами?!

— Я встретила свою судьбу, – ответила я.

— Судьбу? – перекрестилась она. – Оно звучит даже страшно… Ох, не нравится мне это...

— А мне очень нравится, – заявила я. – Кстати, завтра у нас будет гость. Приготовь парадную гостиную, и передай папеньке, чтобы был дома и готовился принять гостя.

— Опять горец? – ужаснулась Пелагея.

— Нет, – рассмеялась я. – Лучше. Русский князь.

Пелагея села на стул. Кажется, у неё кончились слова, а я пошла в свою комнату. Кстати, платье я купила. Сногсшибательное.

* * *

— МАРЬЯ —

Вечером за ужином папенька, который к тому времени уже оклемался после вчерашних возлияний, сидел во главе стола и задумчиво ковырял вилкой в щучьих котлетах.