Книга Никто не узнает, страница 10 – Юлия Амусина

А еще он мой будущий муж. Несмотря на то, что мы с Филом вместе уже несколько лет, а предложения руки и сердца так и не прозвучало, ни у его отца, ни у моего перспектива бракосочетания не вызывает ни малейших сомнений.

Все решено давным-давно.

Я сижу на своем рабочем месте, прихлебывая горячий кофе из автомата, и неторопливо, одним пальцем забиваю в компьютерную программу сведения о новой сотруднице, принятой в отдел сбыта, когда раздается стук в дверь, и я, подняв голову, вижу мальчика из отдела планирования.

— Здравствуйте, — он обводит глазами наш кабинет и почему-то теряется. — А Вера…

Вера — это моя коллега, сейчас она убежала визировать свежие приказы у начальства, поэтому ее рабочее кресло пустует.

— Что вы хотели? — вопросом на вопрос отвечаю я.

Мальчик проходит в кабинет, прикрывает дверь. Его имя крутится в моей голове, но я так и не могу вспомнить, как же к нему обращаться.

— Мне нужна копия моей трудовой книжки, — наконец, произносит он, и я слегка приподнимаю бровь, гадая, зачем ему это понадобилось. Увольняться от нас собрался, что ли? Нашел местечко потеплее?

— Хорошо. Пишите заявление, — говорю ему сухо, кивком указывая на свободный стул, который он тут же занимает. Отставив стаканчик с остывающим кофе, поднимаюсь и, немного порывшись в документах, кладу рядом с ним шаблон заявления.

— Спасибо.

Ничего не ответив, я возвращаюсь к своей программе и продолжаю вбивать данные, изредка поглядывая на сотрудника отдела планирования. И все-таки, как же его зовут?..

— Вот, — он с легкой улыбкой кладет передо мной заполненный лист, я беру его в руки, и, пробежавшись глазами по строчкам, едва сдерживаю раздражение:

— Что это? Я же дала вам шаблон. Зачем вы так растянули текст? Заняли столько места, как нам потом его подшивать?

— Но… — парень робеет, пытается что-то возразить, но я перебиваю его:

— Переписывайте заявление. Чистый листок вон там, — указываю в сторону принтера.

Что такое, еще один словно задался целью выбесить меня сегодня. Я даже не поднимаюсь, хмуро наблюдая за тем, как он берет чистый лист и вновь садится писать свое заявление. Придурок.

— Вот так нормально?

— Да. Оставляйте. Как будет готово, вам наберут.

Он выходит из кабинета, а я, покачав головой, швыряю свеженаписанное заявление в груду других бумаг и делаю большой глоток кофе. Возвращаюсь к работе. Заскучав, перебираю по клавиатуре уже обеими ладонями, торопясь закончить муторное занятие. Буквы поспешно бегут по экрану, собираясь в слова. Звонит корпоративный телефон.

— Да.

— Нелли, ты помнишь, что мне вчера обещала? — льется в мое ухо бархатный голос Феликса, и я расслабляюсь, откидываюсь на спинку кресла, непроизвольно накручиваю на палец локон своих волос.

— Что?

— Неужели не помнишь?

— Ммм… нет, — улыбаюсь, пользуясь тем, что Веры все еще нет в кабинете, и нас никто не слышит.

— Ты обещала, что сегодняшним вечером будешь только моей.

— Я и так только твоя. Надеюсь, эта мысль тебя греет.

— Ты знаешь, что я имею в виду.

— Знаю.

— Сегодня ты остаешься у меня. Тем более, завтра выходной и спешить никуда не нужно.

— Я помню, Фил. После работы сразу еду к тебе.

— Нет, детка моя, после работы мы едем вместе на моей машине.

— Фил, — хмурюсь. — Я приеду сама.

— Ладно… как хочешь. Но никуда не сворачивай по дороге.