Книга Последняя ночь, страница 72 – Юлия Амусина

— Разберусь, — буркнул коротко.

— Ну, так разберись, — он оглянулся на застывшую в шаге от нас Варвару, тепло улыбнулся ей, но не снискал ответной улыбки бывшая, бледная, как чертова меловая стена, переводила с него на меня настороженный взгляд и явно пыталась изобрести что-то, способное разметать сложившийся тупиковый поворот событий.

Он взял ее за руку, что было решительно невозможно выносить, чего бы он там ни болтал обо мне и моей будущей женитьбе на Аленке. Черт…

Снова он влезает в самый неудачный момент; еще немного, и он снова уведет у меня мою девочку прямо из-под носа. Мысли об Алене недолго занимали взрывающийся вакуум в моей башке; секунда и я вновь не видел ничего, кроме Дмитрия, коварно уводящего за руку Варьку подальше от меня, неуравновешенного пьяного идиота, от которого в самом деле лучше держаться подальше. Немногим позже я не раз попытаюсь воспроизвести в памяти этот момент, предприму попытки хоть как-то, пусть весьма сомнительным образом, оправдать собственное поведение хотя бы в своих глазах, тщетно, правда. Какие тут вообще могут быть оправдания? Ну, а сейчас я ему врезал, с удовольствием, азартом, можно сказать, наконец-то увидел в этом парне главный источник своих проблем и неудач, приведших к полнейшему краху.

Да, опустился еще ниже, чем был. Долбанулся о самое дно, и вновь легко отделался.

— Эй, что за… — чей-то посторонний мужской голос.

Что-то с оглушительным шумом пронеслось совсем рядом: что-то упало, меня в секунду ослепил невесть откуда появившийся яркий свет. И только теперь я сообразил, что музыка, до сего гремевшая за плотно прикрытой дверью, больше не достает воспалившийся от всего этого балагана слух. Однако вокруг совсем не тихо; Содом и Гоморра смешались в единое целое, какие-то голоса, неясное мельтешение совсем рядом… Я устранил помеху единственным знакомым мне образом рубанул, не глядя, кулаком в самый эпицентр. И, как апофеоз всему, услышал пронзительный голос Алены.

Чьи-то руки плотно обосновались на моих плечах, фиксируя мое тело в одном положении, не давая вновь броситься вперед; впрочем, это уже было лишним. Я оклемался, понемногу начал приходить в себя, и теперь, не обращая внимания на чьи-то голоса, обращающиеся непосредственно к Моему Помешательству, хмуро смотрел в ту сторону, где Варька, повернувшись ко мне спиной, что-то говорила грузному мужчине в костюме, тому самому, который анонсировал выход визгливой брюнетки.

Черт, что такое я опять выкинул, а?

Эта чаша давным-давно переполнилась, тем более неясно, с какой стати я все еще торчу тут вместо того, чтобы катиться отсюда подальше на все четыре стороны, как и советовал мудрый Влад. В моем случае возможное направление всего одно возврат к налаженной за минувшие три года жизни в другом, не таком тесном для двоих человек городе, поближе к бабуле и подальше от назойливого соблазна. Чтобы больше не чувствовать острой потребности искать кого-то в безликой толпе, шарить рассеянным взглядом со сквозящей в нем призрачной надеждой по сторонам, самой себе напоминая помешанную клиническую идиотку.

Все, завязали.

Он меня вывел.

Да, я сама виновата, позволила себе увлечься и на некоторое время забыть о том, что мы больше не можем касаться друг друга так, как делали прежде, и что наши дорожки давно разошлись по разным сторонам, и параллели никогда не смогут пересечься, и все прочее, прочее… Я не бесчувственная машина, способная подчиняться командам извне, и все мысленные предупреждения очень удачно прошли мимо, когда Влад потащил меня за собой к подсобным помещениям с намерением… Ну, наверняка у него были какие-то намерения. Мне не хотелось изобретать всевозможные причины все, чего я действительно желала в тот момент, это чтобы он как можно дольше оставался рядом.