Онлайн книга «Я твоё отражение»
|
Мертва… Сколько раз Ден во всех подробностях представлял себе смерть своей сестры, но тогда он даже помыслить не мог о том, что все может закончиться… так. Он знал, что способен убить Леру, более того, он даже в этом не сомневался, однако теперь все те мысли казались таким неописуемым бредом, что вспоминать о них было муторно. Бред он и есть бред. Иллюзии, разъедающие мозг сумасшедшего озлобленного психопата. Теперь смешно. Он бы и пальцем не смел ее тронуть, что уж говорить обо всем прочем? Как-то так получалось, что жизнь их здорово напоминала игру в шахматы; Лера постоянно играла белыми, а Ден — черными. В этой игре, смысл которой сводился вовсе не к победе, как кто-то мог подумать, а к поражению, сильные и слабые то и дело менялись местами, ставили друг другу шахи, но никогда не дотягивали до победного мата. Это была бесконечная игра на выживание, на определение лидера, на силу и скорость, на мощность… На шахматной доске то и дело появлялись и исчезали разноцветные фигуры, а исход битвы, тем не менее, все еще не был решен. И вот… белую часть кто-то третий, несомненно, могущественный, просто взял и смел с доски. Черные остались без оппонентов, им больше не с кем воевать. А этот самый неизвестный третий тщательно бережет свое инкогнито… Ден сильно затянулся и почувствовал, как в горле запершило. Глаза застилал туман то ли от едкого дыма сигареты, то ли от вонючих запахов плавящего пожара. Пожарные резво сновали по территории Леркиного дома, пытаясь потушить яростные языки пламени, а полицейские в это время трепались языками и ждали своей очереди приступить к работе. На Дениса Якунина они, конечно же, обратили внимание, но подойти и попросить убраться вон все же не рискнули. Слишком известной персоной был Ден, слишком много всяких разных слухов ходило о нем… Денис кинул на землю окурок и машинально прижал его подошвой. Пожар уже почти стих; скоро, наконец, можно будет точнее узнать о жертвах. Леркины олухи его не интересовали, а вот судьба сестры волновала головореза чрезвычайно. Отблески огня плясали в его глазах, а ему казалось, что горит не снаружи — с характерным треском сгорает что-то внутри него самого. Он пытался набрать номер сестры, но упрямый механический голос монотонно твердил одно и то же — «Телефон абонента выключен…» Ден не знал, что ему следует думать, понятия не имел, была ли Лерка внутри в то время, когда начался этот проклятый пожар? А если не была, то где же она сейчас? Почему не приехала? Этот последний вопрос, а точнее, отсутствие ответа на него, уже наполовину подтверждало самые страшные мысли. Ден понимал, что у него больше шансов увидеть сестру мертвой, нежели живой; от осознания этого на душе становилось так муторно, что хотелось кричать во весь голос; кричать так громко, чтобы кто-нибудь там, наверху — бог или дьявол — услышал. Хотелось разнести тут все к чертовой матери, растерзать равнодушных мусоров, взорвать баллоны за спинами нерасторопных пожарных… Хотелось броситься в затихающий огонь и бродить среди завалов, бывших некогда одним красивым домом, и осмотреть каждое найденное тело, чтобы убедиться — не то… Да черт его знает, что еще хотелось сделать, все, что угодно, только не бездействовать! Ден едва сдерживал себя, и в этом слабо, но все-таки помогали отнятые у какого-то дебила сигареты. Жуткая дрянь, ничего общего с первосортной травой, но на безрыбье сгодится все. |