Книга Мир против нас, страница 55 – Юлия Амусина

Он резко вскинулся.

Может, зря он думал, что эта девица не подойдет?

ХАОС

Глеб прикуривал третью по счету сигарету, когда тяжелая подъездная дверь за его спиной отчетливо хлопнула, а спустя пару секунд мимо, не обратив никакого внимания на мужчину, быстро прошла низкая женщина в теплом пальто. Проводив ее равнодушным взглядом стороннего обозревателя, Хаос выбросил окурок, развернулся и направился прямиком к подъезду. Игнорируя лифт, поднялся по лестнице на нужный этаж, бросил короткий взгляд по сторонам, после чего приблизился и сунул ключ в замочную скважину.

Дверь открылась бесшумно.

Жуткий бардак, присущий хакеру Щёлокову, был полностью ликвидирован – тесная прихожая радовала глаз отсутствием наброшенных друг на друга вещей и препятствий в виде кучки обуви, полы сверкали, и Глеб, хмуро оглядев прибранное помещение, все-таки стянул ботинки, оставив их у двери. И устремился в святая святых Макса, его рабочее помещение, где еще совсем недавно происходило все, что только можно было представить.

Кроме работы, разумеется.

— Черт, – буркнул, сообразив, что задача усложняется непредвиденным вмешательством чистоплотной мамаши Щёлокова; уборку по всем правилам провели и здесь. Где могут быть бумаги, и возможно ли их теперь отыскать – неизвестно.

С чего он вообще решил, что Макс не уничтожил те распечатки?

Но начинать с чего-то нужно, и Глеб, скрипнув зубами, оседлал крутящееся кресло Макса, протянул руки к неприкасаемому – компьютеру – ногой пнул системник. Пока техника приходила в рабочее состояние, Хаос быстро проштудировал все имеющиеся тут ящики, обнаружил в них много интересного, но ничего из того, что искал.

Тем временем на голубом экране монитора появилось требование ввести пароль, и Глеб, вторично скрипнув зубами, сосредоточенно занес пальцы над клавиатурой. Какое-то время перебирал все мыслимые и немыслимые комбинации слов, поочередно вбивал все всплывающие в голове звучные прозвища всяких бакланов, которые когда-либо отмечал Макс, свое имя в нескольких вариациях, свое прозвище, даже свою давно забытую фамилию – мало ли? Вскоре пришлось признать, что любовь Макса к приятелю имела четкие границы, и пароль, установленный Щёлоковым на файлы умной машины, не имел ничего общего с личностью Хаоса.

— Что ж ты там изобрел… – пробормотал, набирая номер Макса уже в телефоне. Длинные гудки и никакого ответа; должно быть, хакер все еще в лапах докторов. Все эти чертовы больничные процедуры могут длиться прорву времени, а ждать некогда.

В досаде Глеб вновь пнул системный блок, там что-то подозрительно зажужжало, и Хаос склонился под стол с намерением выяснить, не угробил ли случаем любимую игрушку хакера. Вывод не мог быть иным – даже если угробил, то исправить вряд ли сумеет, так как не понимает во всем этом ни черта. Однако, когда Хаос распрямился и бросил взгляд на монитор, то с изумлением увидел приветственную надпись во весь экран «Подъем, баклан!»

— На** тебе пароль, придурок? – вопрос адресовался в пустоту и не требовал ответа. Хаос уже влез в папки чудо-машины, клацая мышкой по всем иконкам подряд, и вскоре уже с трудом ориентировался в буйной россыпи всевозможных файлов, по большей части бесполезных и несодержательных. Похоже, всю действительно важную информацию Щёлоков хранил на другом устройстве, либо пользовался съемными носителями.