Книга Каменный ангел, страница 96 – Юлия Амусина

Он вдруг хмыкнул и сильнее прижал меня к себе.

— Это уже диагноз. Да и черт с ним… Просто верь, что теперь я рядом, и с тобой больше ничего не произойдет.

Я не видела, как при этих словах он болезненно скорчился, только почувствовала, как Глеб теснее сомкнул ладони на моем теле.

ГЛАВА 16

ХАОС

Было около половины первого, когда задняя дверь, ведущая в темный коридор Павлушиного особняка, отворилась, пропуская внутрь две фигуры — хрупкую, женскую, и высокую, мужскую.

Глеб притворил дверь, сделал своей спутнице знак оставаться на месте, после чего рысью пробежался по первому этажу, проверяя комнаты на наличие неприятных сюрпризов. Таковых не обнаружилось.

— Забираем флешку, и валим отсюда к чертям, — бросил Хаос, вновь появляясь в поле зрения замершей как изваяние девушки.

Ему не нравилось, что она здесь, с ним. Но только Вера могла снять особняк с сигнализации и позволить Хаосу беспрепятственно посетить перешедшие в ее полное владение комнаты. Каждая последующая минута, проведенная внутри особняка, была опасней предыдущей, и Глеб не мог этого не понимать. Оттого спешил, не собираясь злоупотреблять терпением и возможностями оставшегося снаружи Максима Щёлокова.

Вера же, едва они переступили порог дома, словно преобразилась — из глаз исчезло отрешенное выражение, на бледных щеках выступил румянец. Глеб понял, что девушка рада вновь оказаться в этом местечке; понял также, что от этой мысли ему самому становится отчего-то погано.

Проклятый особняк вдыхал жизнь в нее, и параллельно с этим перекрывал доступ к кислороду у него.

— Где, бакланишь, Максимкина игрушка валяется? — получилось грубее, чем он хотел сказать.

— Кажется, я сунула флешку в ящик письменного стола.

— Это какой этаж — второй?

Она кивнула с таким видом, точно старалась отмахнуться от назойливых, неинтересных вопросов Глеба. Хаос чувствовал все нарастающее раздражение. Одновременно с этим в его голове все сильнее зрела мысль о том, что особняк — этот чертов корень зла — необходимо уничтожить.

Глеб тенью метнулся по лестнице, поочередно сунулся во все попадающиеся двери, пока, наконец, не увидел темные очертания шикарного письменного стола. Оглянувшись и с досадой убедившись в том, что Веры позади нет, он все же не стал возвращаться, в два шага оказался возле стола и уселся в кресло.

Мрак комнаты прорезал тусклый свет фонарика, разглядеть который со стороны улицы было решительно невозможно. Глеб принялся раздвигать ящички письменного стола, в каждом из них он шарил ладонью, пытаясь нащупать искомый предмет, но безрезультатно.

Один из ящичков был крепко заперт.

— Чертов урод, — буркнул себе под нос Глеб, убедившись, что ключа поблизости нет, а на поиски уйдет куча драгоценного времени. Сунув ладонь за край куртки, извлек оттуда плоскую железяку, заостренным концом поскреб в замке, и спустя полминуты ящик, наконец, поддался.

— Так-то лучше, — ухмыльнувшись, Глеб вытащил ящичек из ниши и устроил его на своих коленях. Стиснув фонарик между зубов, Хаос обеими руками принялся перебирать содержимое, мысленно комментируя на свой лад каждый извлеченный лист.

Какой-то бумажный хлам, парочка истрепанных порнографических журналов, разводной ключ на 42, увлажняющий крем для рук — Хаос специально посмотрел — и никаких признаков нужной флешки.