Книга Цена семьи тебе не по карману, страница 34 – Софи Вирго, Катя Истомина

— Ты почему со мной так разговариваешь, тебе кто право дал вообще со мной в таком тоне разговаривать? И почему это я вообще должна бегать тебя искать, в то время, как ты должен, ты обязан, слышишь меня, ты обязан возвращаться домой, а не устраивать мне испытания на прочность. Может мне еще морги надо было обзвонить? Что мне еще надо было сделать? Ты давай, посвяти меня. Мне даже интересно будет это услышать, весь тот бред, что ты пытаешься мне сейчас внушить.

Смотрю на нее, садясь на кресло, и вот думаю, она серьезно думает, что я, как пацан, поведусь на вот такое поведение, что это хоть как-то ей поможет? И ведь раньше я считала это милым.

Забавно, как все меняется, когда узнаешь всего лишь одну маленькую деталь.

— Вероника, для твоего же блага, сбавь обороты, и лучше говори со мной сейчас нормально, потому что от меня сейчас вся твоя жизнь зависит.

— Ахаха, и что ты мне сделаешь? Ты мне угрожаешь, или что, я не пойму. Саша, вообще то это от меня зависит, будешь ли ты жить со своим сыном вместе. Если ты сейчас не исправишься, то ты Мирона не увидишь. Я ведь могу и уйти.

— Да, пожалуйста, к родному отцу Мирона, тогда иди сразу.

— Что? Что за бред ты несешь? - но я ничего ей не говорю, кидаю на журнальный столик между нами экспертизу ДНК, наблюдая за ее страхом.

— Что это?- я не отвечаю, лишь киваю на конверт, и она с раздражением берет, смотрит его, и с ужасом понимает, что же там написано, и что я сделал.

Она поднимает на меня взгляд. Вижу, как ресницы с губами от страха дрожат.

— То есть, ахаха, ахаха, - она начинает смеяться не верит в то, что произошло, - нет, ладно, я то могу уйти, господи, вообще без проблем. Я уйду, но тебе Мирона не жаль? Он же тебя отцом называет, он тебя отцом считает. Вообще наплевать на него, да? Ты настолько пытаешься найти себе оправдание? Ты в курсе, вообще, что родитель не тот, кто зачал, а тот, кто воспитал?

— Ой, Вероник, давай без этих похабных фраз, а? Я со своей страны, Мирону дам счет, я его уже открыл, там деньги под процентами. Ему хватит на то, чтобы сделать взнос по ипотеке, или потратить эти деньги на учебу. И распорядиться, он сможет ими только на себя. Так что я, со своей стороны, помощь ему оказал в память о том, что потратил на него пять лет своей жизни, и разрушил свою семью на чужого ребенка, на того, кто по факту сделал, так, что у меня теперь нет ничего родного и дорогого. И ты я смотрю не собираешься отписаться.

— А смысл? – она пожимает плечами и рвет тест на клочки, запуская потом в воздух. - Какой же ты, урод, Саш, какой же ты…

— Я нормальный человек, Вероника, и мне очень жаль, что наши пути с тобой пересеклись.

— Жаль тебе, да? А, я все здесь спалю, ясно тебе? - она моментально заводится и начинает сходить с ума. - Я здесь все подожгу. Здесь все дотла сгорит. Я не позволю ей вернуться в этот дом. Не позволю ей отобрать то, что мое. Слышишь? Не позволю.

— Вероника, здесь нет ничего твоего. А, если ты решишь устроить здесь пожар, то, пожалуйста, дерзай, повод дашь подсадить тебя.

— Ты не посмеешь меня посадить! Я слишком много для тебя сделала за эти пять лет. Да у тебя рука не поднимется, у тебя кишка тонка. - ох как это самоуверенно с ее стороны.

— Ты хочешь проверить? Давай, поверь. Я уже нашел, кто настоящий отец ребенка, и я буду совершенно не против, если Мирон вырастет с ним. Хоть человеком станет, потому что с тобой у него на это нет шансов, Вероника. – хлопнув себя по коленям, встаю, чтобы она поняла, разговор окончен. - Я думал, что ты хороший, добрый человек, а ты лишь подлая, мерзкая змея.