Книга (не) счастье для Миллиардера, страница 20 – Софи Вирго

— К Анжелике. Лучше тебе меня впустит самой. Если зайду сам, будет хуже, - слыша угрожающие нотки в моем голосе, она резко распрямляет плечи и становится похожа на валькирию.

— Не надо мне угрожать. Хотите что-то Лике плохое сделать? Не выйдет, так и знайте. Я ее в клуб притащила, мне и отвечать за все, что там произошло. Но, ой! Какая жалость, там ничего не произошло. Ничего, кроме вашего самолюбия, не пострадало. Так что отдайте немедленно пальто и уходите. Забудьте дорогу к нашему дому и институту. Вообще, исчезните с горизонта.

Наступает на меня мелочь пучеглазая. Так смешно смотреть, как моська на слона кидается. Но за храбрость и умение держать оборону, плюсик ей в карму. Другая на ее месте могла бы молча отойти и пусть подруга сама выплывает. Повезло рыжику. Настоящие друзья – редкость.

— Продолжите преследовать ее, вообще заявление напишу. Думаете, если при деньгах, управу не найду? Ошибаетесь. Пальто! – и руку требовательно вперед выставляет.

Усмехаюсь, пораженный ее стойкости. Да со мной не каждый равный рискнет разговаривать. Без царя в голове девка, вляпается когда-нибудь, а мне ее спасать еще придется.

— Я жду. Мы есть готовим, и Лика сама там управляется. Не задерживайте… Да что вы себе позволяете? Я вас не пускала.

Кричит мне в спину эта соседка, но мне плевать. Что там делает эта бестия с больной рукой? Ой сейчас я по чьей-то жопке отхожу. Квартирка маленькая, поэтому быстро оказываюсь на кухне и вижу картину маслом. Рыжуля опрокидывает что-то из сковородки в кастрюлю, и тут мои нервы не выдерживают.

— Ты вообще обалдела? – реву на всю квартиру, потому что поражаюсь глупости этой малолетней дуры.

Если бы не в частную клинику возил и лично все не контролировал, подумал бы, что соврала о руке. Но я знаю правду, и то, что она сейчас творит, не укладывается в моей голове.

Рыжик медленно поворачивается и смотрит на меня выпученными глазами, а я думаю, как я буду ее наказывать, потому что раскаянья в ее взгляде не вижу.

— Кушать будешь? Ой, будете? Почти готово, - пищит, а я впервые в жизни понимаю, что едой меня не задобрить.

Анжелика

— Кушать будешь? Ой, будете? Почти готово, - пищу в прямом смысле слова, потому что взгляд Амира предвещает мне лишь скорую расправу.

Он очень недоволен увиденным, и я искренне не понимаю почему, но вот получать от него совершенно не хочется. Я ведь ничего такого не сделала. Просто приготовила борщ. Вкусный! Наверное. Не пробовала еще. И вообще, я у себя дома, а он… он в ботинках заперся?

— Вы не разулись, - сковородка в руках начинает дрожать, а мое тихое возмущение затерялось в его тяжелом дыхании.

— О, поверь, грязные полы это последнее, что должно тебя волновать. Дай сюда, - рычит на меня и вырывает сковороду из рук, и откинув ее в раковину за моей спиной, начинает наступать.

— Она денег стоит. А если сломалась? Да я на нее батрачить буду, чтобы хозяйка нас… Ой, мамочки, что ты делаешь? – не успеваю никак среагировать.

Меня нагло и бесцеремонно закинули на плечо и куда-то потащили. Хорошо хоть не за предел квартиры.

— Пусти! Поставь на землю, - колочу по широкой спине ладошками, а ему хоть бы хны. Тащит меня, словно ничего не вешу.

— Сгинь, - грубо говорит Крестику. Кому еще? Больше в квартире никого. – Борщ доваривай давай.