Книга Измена. Куранты любви, страница 18 – Софи Вирго

Виолетта

Что же мне делать? Я должна его остановить. Я обязана это сделать, я ведь не какая-то там распутная девица, чтобы после измены парня кидаться в объятия другого. Я не собираюсь выбивать клин клином. Это ведь неправильно. Сейчас в моменте может казаться и хорошей затеей, а потом сама ведь загрызу себя. Совесть будет нервно стоять в сторонке и посматривать на мое самобичевание.

Ну же, Виолетта, возьми себя в руки. Не будь тряпкой, дай ему отпор, скажи что-нибудь, оттолкни, сделай уже хоть что-нибудь!

— Но вы не он, — пищу какую-то невнятную фразу, зажмуриваясь, на что он лишь усмехается, продолжая приближаться ко мне.

— Я даже не собираюсь им становиться, — с усмешкой отвечает, приподнимая мою голову за подбородок, а потом мягко начинает гладить щеку большим пальцем.

Незатейливая ласка вызывает бурю эмоций. Леша никогда себя так со мной не вел, никогда.

Нет, как я могу их вообще сравнивать? Леша был моим парнем, потом стал женихом, а это вообще посторонний мужчина, я его вижу в первый раз в жизни, и он позволяет себе такие вольности. Это ненормально, просто ужасно, за гранью дозволенного. Казанова в прямом смысле слова. Казанова.

Конечно, он не Леша. Он самый обычный негодяй, который играет девушками, которые попали в беду, пользуется ситуацией, а потом бросает, как ненужный мусор, это еще хуже, чем-то, как со мной поступил жених, бывший жених.

— Или, наоборот, ты хочешь, чтобы я им стал? — все так же спокойно и ласково спрашивает, а я от возмущения открываю глаза и смотрю на него со всем недовольством, на которое только способно.

Довольный своей реакцией, он стремительно приближается к моим губам. Я в последний момент успеваю увернуться от его поцелуя. Его губы смазано проходят по щеке, а над ухом раздается довольная усмешка.

— А ты затейница я смотрю. Решила поиграть в недотрогу? Давай, мне это даже нравится. Забавно, — усмехается, чем злит меня еще больше.

— Да ни во что я не играю! Что вы себе позволяете? — с трудом выворачиваюсь из его объятий и аккуратно вскакиваю рядом с диваном.

— Да ладно тебе, успокойся, маленькая тигрица, хотя нет, больше похожа на бешеную кошку, — шутит без издевки, по крайней мере по глазам так, кажется, но становится все равно обидно.

— Сами вы бешеный кот. Вообще, отпустите меня. Мне уже немного легче, дойду, как-нибудь до домика.

Час буду ковылять, значит, час. Не хочу с ним оставаться, вот не хочу и все, ну как можно с таким наглым типом оставаться на одной территории. Уму непостижимо.

— Так, отлично встретили новый год. Под куранты почти поцеловались, надеюсь, год проведем именно на этом моменте, хотя нет, тоже не очень, потому что пытаться я не собираюсь, в моих планах действовать и с результатом, — хлопнув ладонями по коленям, встает и подходит ко мне, а до меня не сразу доходит смысл его слов.

— Что… что вы собираетесь делать? — запинаюсь, спрашивая его, а он все шире улыбается.

Начинаю пятиться от него, но трюк не удается, нога еще болит, и он ловко берет меня в плен. Не тянет на себя, нет, подходит вплотную и обнимает за талию, чтобы я не могла сдвинуться. Его руки на грани дозволенного. Он не опускает их, чтобы у меня был повод накричать на него, но и держит слишком низко, чтобы я оставалась спокойна.