Книга Разводимся! Конец идеальной семьи, страница 64 – София Брайт

Я киваю, хотя сама уже не уверена, что знаю, как выглядит опасность.

Оля уезжает первой. Я остаюсь сидеть, смотрю на опустевшую веранду, на остывший кофе в чашке.

В голове настоящая каша, из которой я не могу выудить ни одной трезвой мысли. Зачем отец и сын бились на ринге? Неужели между ними столько ненависти? Разве возможно ненавидеть собственную плоть и кровь?

И чтобы получить ответы на эти вопросы, я еду по адресу, по которому обещала не показываться….

Звоню в домофон, волнуясь, будто девочка перед свиданием. А когда хозяин квартиры понимает, кто к нему пришел, то не решается сразу открыть дверь. И лишь смирившись с этим, щелкает замком двери, и я оказываюсь в нужном подъезде.

Когда захожу в квартиру, он стоит в коридоре. В футболке, джинсах и босиком. Но стоит мне взглянуть на его лицо, как глаза начинает щипать и из груди вырываются рыдания. Я никогда не видела его таким. И это не просто некрасиво — это жутко. Вместо любимого лица сейчас я вижу кровавое месиво.

— Саша, — говорю тихо. — Зачем ты ввязался в это?

Он бледнеет.

— Во что “это”? — спрашивает спокойно.

— Подпольные бои без правил.

Он молчит. Смотрит в пол.

— Почему? — спрашиваю. — Почему ты вышел против Алекса?

Лицо мужа мгновенно меняется, и я вижу на нем злость.

— Донес уже любовничек? — выплевывает зло. — Можешь больше не отпираться. Я все знаю. И мне больше терять нечего.

Глава 40

— Донес уже любовничек? Можешь больше не отпираться. Я все знаю. И мне больше терять нечего.

По лицу мужа пробегает мрачная тень, и мне становится не по себе от тех эмоций, что я вижу. Потому что это не просто злость — это ярость вперемешку с отвращением.

— Знаешь, милая, — говорит так, что у меня непроизвольно мурашки выступают на коже. — Я, конечно, понимаю, что разочаровал тебя и сделал очень больно, — каждое слово произносит медленно, будто пробует его на вкус. А затем отворачивается в сторону и как-то горько усмехается. — Но лечь под моего сына…

— Саша, что ты несешь? — не понимаю, откуда в его голове взялся этот бред.

— Хватит лгать, Аня! Я знаю, что у тебя с ним интрижка, — врезается взглядом мне в глаза, не давая отвести взор.

— Да откуда в твоей голове этот бред?

— Он мне сам все сказал! И даже показал! — рявкает он.

— Что он тебе мог показать? — меня начинает потряхивать.

— Как ты бегала к нему на свидание, на презентацию его компании! Я видел фото! Видел вашу переписку! Ты. Ездила к нему. И была там. С ним! — цедит сквозь зубы.

— Саш… Я понимаю, что для тебя все это выглядит не очень… Но я бы ни за что не стала с ним заводить интрижку. Я тебе клянусь, что поцелуй в клубе был единственным! И больше ничего!

— Сука! — рычит он. — Даже Клюев видел, как вы зажимались на гребаной презентации! — от спокойствия Ларина не остается и следа.

— Это тебе Вова сказал? — не верю, что Клюев мог меня так подставить.

— Какая разница, кто сказал? — Саша криво усмехается. — Ты была там. А до этого ты целовалась с ним и встречалась не только на презентации, но и тайно. А еще ты переписывалась с ним, скрывая то, что он присылает тебе неоднозначные фото. И раз ты скрывала от меня это все осознанно, значит, у тебя были на то причины. Разве нет? И теперь хочешь сказать, что я все придумал?

— Я не скрывала! — выкрикиваю. — Я просто… не хотела усугублять ваши отношения. Ты и так не воспринимал его… А если бы сразу узнал о том, что он позволяет себе немного больше, чем положено... Боже! Я не хотела вставать между вами! — выкрикиваю. Если бы я сказала, что он пригласил меня…