Книга Развод в 45. Богатые тоже платят, страница 68 – Рина Беж

Виктория поднимается наверх, я же неторопливо прохожусь по всему первому этажу, проверяя порядки. Всё на своих местах. И статуэтки, и вазы, и фотографии на стенах.

Удивительно. С Викиным темпераментом я бы не удивился, что она всё разгромит, а последние повыкидывает. Но нет, похоже хладнокровие хирурга в ней победило. Или еще не успела, так как отдыхала на морях?

Вот же. Везет некоторым. Летом отпуск имеет, как белый человек. Не то что я, пашу круглый год без продыха, деньги на семью зарабатываю.

Пожалуй, нужно будет это дело с Азой обсудить. Можно ли ей беременной летать или лучше повременить? Солнце, море, пляж, красивая девочка под боком — я б не отказался!

Жена застает меня в гостиной, до кухни и чайника я так и не добрался. Но ни слова против не говорит. Еще бы, уверен, со своими мымрами налакалась и чая, и кофе. Просто мной покомандовать хотела.

Занимаю свое любимое кресло, киваю супруге на диван.

— Садись.

Снова недовольно поджимает губы, но опускается, куда велю.

— Вот, — перекидываю ей на колени папку. — Ознакомься.

— Что это?

Ох, и бесят меня такие вопросы.

Будто сложно открыть и своими глазами посмотреть.

— Твоя доля в случае твоего хорошего поведения, — ставлю ее в известность.

Всё же так действительно будет быстрее. А меня Аза в квартире давно ждет.

— Хорошего поведения? — повторяет Вика, будто попугай.

— Верно. Четыре месяца ты не выносишь мне мозг по поводу развода и для всех остаешься моей супругой, то есть посещаешь со мной все мероприятия и мило улыбаешься партнерам и заказчикам, а в сентябре мы тихо-мирно разбегаемся. И тогда все, что прописано в договоре, переходит к тебе.

Жена листает бумаги до пункта, который заботит ее больше всего. Конечно же это раздел имущества. Я нисколько не сомневался. Пробегает строчки глазами и брезгливо изгибает губы.

— Из всего бизнеса, что принадлежит нашей семье, ты решил мне выделить одну десятую? Стоматологическую клинику на окраине? И дополнительно эти стены? — взмахом руки она обводит дом. — Толя, а у тебя от щедрости рожа не треснет?

— Не переживай, не треснет, — заверяю ее. — Дом я оставляю тебе и дочерям. Вы к нему привыкли. А что касается бизнеса, дорогая моя, он принадлежит семье Бардиных, которую ты собираешься покинуть. Разве я не прав, будущая Лазовская?

— Прав, дорогой мой, прав, — не спорит она. — Только я собираюсь сделать это в ближайший месяц, а не через четыре.

Стерва вредная!

— Значит, останешься только с половиной дома, — прессингую ее. — На что-то большее не рассчитывай. Ах да, еще алименты на нашу младшенькую, конечно, будешь получать. Кажется, там двадцать пять процентов у отца отбирается?

— Верно.

— Отлично. Забирай. Но имей ввиду, что столь большой доход будет тебе капать лишь полгода.

— У тебя деменция, Толик? — язвит женушка. — Маришке всего четырнадцать, а алименты до восемнадцати высчитывают.

— Да я и не спорю, — киваю, продолжая улыбаться. Выдерживаю паузу и нокаутирую супругу новостью. — Но загвоздка в том, Викуля, что через полгода у меня еще один ребенок родится. Мальчишка. Мой сын и наследник. Так что алименты вам придется делить с Азочкой. Не советую привыкать жить на широкую ногу.

— Ребенок? У тебя?

От новости Лазовская явно впадает в шок. Я же, довольный, как слон, выпячиваю грудь.