Книга Реванш, страница 49 – Рина Беж

И пусть я человек, ко многому относящийся философски, но тут конкретно зависаю от грандиозности увиденного.

Действительно, шикарно.

— Ва-ау! – выдыхает Женёк, останавливаясь рядом. – Ты тоже это видишь?

— Не поверишь, но да!

— Ущипни меня.

— Хочешь светить синяком на коленке? – хмыкаю, осматривая подружку.

— С чего бы это? – отвлекается она, наконец-то, от впечатляющего вида.

— Так у тебя пуховик. Голыми остаются только ноги, спасибо юбке.

— Тьфу на тебя, вредина.

— Как хочешь, - пожимаю демонстративно плечами. – Идём?

— А это точно тот адрес?

— Ага! – киваю на знакомые машины, которые ни раз видела рядом с универом. – Не узнаёшь?

— У-у-у, наши гадюки уже тут, - кривит симпатичное личико Павловская.

— А ты рассчитывала, что мажорки не приползут к мажору посветить своими мажористыми цацками?

— Во ты загнула.

— Думаешь, в чём-то ошиблась?

— Вряд ли. Только что-то я уже побаиваюсь в этот серпентарий входить.

— Терпи, казак, атаманом будешь, - хмыкаю и, подхватив её под руку, направляюсь к крыльцу, круглые ступени которого выполнены из натурального камня.

Ба-ба-ба, куда я попала?!

— Ну, как тебе? – киваю на веселящуюся в огромной гостиной толпу девчонок и парней, большую часть из которых вижу сегодня впервые.

Зажигательная музыка прошивает тело басами, однако не глушит, разрывая барабанные перепонки. Классная акустическая система создаёт эффект присутствия колонок во всем окружающем пространстве. Звуки идут то слева, то журчат за спиной, то резко пульсируют справа, словно перетекают с одного места в другое, находясь в постоянном поиске лучшего звучания. Зачетно!

Нижняя подсветка, встроенная в полу в виде окантовки, не режет глаз, а, наоборот, создает полумрак. Верхнее освещение присутствует только справа в барной зоне в виде пяти шаров, висящих на длинных шнурах. И еще тут и там на стеновых панелях включены бра, что скорее походят на яркие искорки, чем реальное подспорье в борьбе с темнотой.

В дальнем левом углу три кремовых огромных кожаных дивана, стоящие буквой П, словно обнимают неправильной обтекаемой формы низенький столик из черного матового стекла. Напротив же, вдоль белоснежной стены тянется черная глянцевая тумба-комод длиной не менее четырех метров, над которой висит полутораметровая плазма, транслируя список музыкальной подборки для желающих потанцевать.

— Масштабно, - выдыхает Женька, оглядываясь.

— Хм, ну от Ивина я другого и не ожидала, - стягиваю пальто, выбирая место, где оставить вещи.

В гардеробной, куда я сразу заглянула, как только пришли, делать это, если честно, не совсем хотелось. Там уже такой завал, что сам чёрт не разберёт.

— Да? А я рассчитывала на более скромное мероприятие, - следует моему примеру Павловская, тоже скидывая зимнюю телогрейку. – Где нам найти хозяина?

— Думаю, там, - киваю в противоположный угол помещения, откуда время от времени появляются смеющиеся студенты.

Если бы не они, ни за что не догадаться, что есть еще один проход. Высоченные книжные стеллажи до самого потолка, занимающие две смежные стены, очень надежно его скрывают.

— Ого! – выдыхает подружка, когда, пройдя метров пять по коридору, мы оказываемся у полностью раздвинутых стеклянных дверей, что открывают вид на зимний сад и бассейн.

И если первый восхищает множеством ярко-зеленых растений и полной прозрачностью, так как вместо стен и потолка в строительстве использовалось стекло, то второй поражает сам по себе: неправильной обтекаемой формы, не менее шести метров в длину и четырех в ширину, выложенный бело-голубой мозаикой.