Книга Твоя наследница, страница 99 – Рина Беж

____

А в понедельник около одиннадцати дня, когда у меня в салоне появляется «окно» между посетителями, и я решаю передохнуть и выпить чашечку кофе, звонит телефон.

Мимолетно удивляюсь, с чего вдруг я понадобилась заведующей детского сада, ведь вопрос со справками мы закрыли еще в пятницу. И застываю статуей, тщетно стараясь протолкнуть в легкие переставший вдруг поступать воздух, потому что слышу:

— Юлия Леонидовна. Амина пропала. Их группа ходила в музей…

Дальше речь не улавливаю.

Чашка выпадает из задрожавших рук и, ударяясь о кафельный пол, разлетается на мелкие осколки, как и мое спокойствие.

Но разве это имеет сейчас значение?

ДАВИД

— Придушу урода собственными руками, когда доберусь, — выплевываю обещание, отключая вызов.

Откладываю телефон подальше, чтобы не раздавить в приступе гнева, и на пару мгновений прикрываю глаза. Надо успокоиться.

Нервы мне — не сторонники, а вот холодная голова и четкий расчет — да.

Юля набрала меня через пару минут после того, как отзвонились парни, заметившие неясную активность Зубкова. И сказала то, о чем я и сам начал смутно догадываться.

Скунс активизировался и ударил по самому незащищенному месту. А ведь заведующую садом только на днях предупреждали, что Амине нельзя покидать закрытую территорию дошкольного учреждения без оповещения меня или матери. Забыла или проигнорировала?

Это она зря. Ошибок я не прощаю.

И Владюша зря на моё покусился. Ой, зря.

Думает, пошел с козырей и сразу в дамки прорвется?

Наивный дурак.

Теперь он собственной шкурой ответит за каждую минуту нервов моей девочки. А то, что Юля в истерике, хоть и старается держаться, я понял сразу, пусть она и прикрывала рукой динамик, когда говорила.

Как бы не старалась храбриться, я чувствую ее, как самого себя. Даже сейчас прекрасно представляю, что она собирается делать, куда нестись, не думая о себе, и кому звонить. Котова не будет сидеть на месте, как не проси, потому что это — Котова.

Моя девочка. Сильная, смелая, боевая. Настоящая львица, готовая рвать за своего детеныша любого противника. И еще до конца не осознающая, что у нее уже есть тот, кто порвет за нее еще раньше.

Сглупил Зубков. Сильно сглупил, посчитав меня обычным богатым лошком. Небось рассчитывал, что я всего лишь нахмурю бровки, погрожу пальчиком за косяк с порошком и забуду о его существовании. Побоюсь лезть в бандитские разборки.

Хренушки там было. Не побоюсь ничего и никого, особенно когда такая гниль обитает в моем городе. Там, где живет моя семья.

Как чувствовал. Слежку с мудака не снимал ни на один день. И то, что хорёк не засек ее по сей день, говорит лишь о профессионализме моих людей. Зубков еще то ссыкло и перестраховщик.

— Не надо его душить, есть идея получше, — выдает начальник безопасности на мое заявление. — Мне вчера вечером Гришка, опер из Владивостока, интересную инфу скинул. Так что есть мыслишка, куда этого убогого пристроить.

— Да? — перевожу взгляд на Ивана, попутно выталкивая себя из кресла и быстро направляясь к выходу.

Стоит перехватить Юлю до того, как она сорвется выцарапывать глаза Зубкову.

А она сорвется. И никакая охрана ее не удержит.

Это я прекрасно сознаю, потому и спешу.

Сам разберусь с гадёнышом. По-мужски. А моя девочка пусть занимается своими девчачьими делами, а главное, улыбается почаще.