Книга Останься в прошлом, страница 74 – Анастасия Ридд

— Ты улыбаешься, — замечает Денис, открывая дверь черного внедорожника.

— Я просто очень люблю этот город, — поясняю я, устраиваясь на заднем сидении.

— Здравствуй, Лара, — здоровается водитель, в котором я узнаю своего бывшего начальника и по совместительству дядю Дениса.

— Добрый день, Виталий Андреевич, — отвечаю сдержанно, чувствуя, как накатывают неприятные воспоминания.

— Я подожду Мишу на улице, — произносит Вяземский, захлопывая дверцу автомобиля, нарочно оставляя меня наедине с Рязанцевым.

— Лара, — начинает он и сразу же замолкает, очевидно, пытается подобрать нужные слова.

— Я знаю, что вы скажете, — киваю я.

— К сожалению, нет таких слов, которые могут загладить мою вину перед тобой, — удрученно говорит мужчина. — Грош цена моему опыту, раз я не сумел разглядеть очевидное.

— Что было, то прошло. Что уж теперь, — пожимаю плечами.

— Ты все также добра, Лара, — мягко улыбается Виталий Андреевич. — Я хочу попросить у тебя прощения. Я виноват перед тобой не меньше, чем Денис.

— Не будем об этом. Как дела в адвокатской конторе? — спрашиваю я в надежде перевести тему. Не хочу говорить о том, что было — для меня это все еще болезненно.

— Я ушел в то же время, как ты уехала из города. Сейчас занимаюсь юридическими вопросами бытового характера, административными правонарушениями. Так гораздо спокойнее, — отвечает он. — А у тебя цветочный салон? Денис упоминал об этом.

— Да. Несколько лет назад мы с подругой решили попробовать себя в другой сфере, — спокойно отвечаю я.

— Лара, ты — удивительный человек. Ты согласилась помочь Денису, — Рязанцев замолкает, но через несколько секунд продолжает: — Не имею ни малейшего представления, по какой причине ты согласилась на эту авантюру, но для Дениса это очень важно.

— По этой причине и согласилась, — киваю я.

На этом наш разговор прекращается, так как двери внедорожника снова открываются, и в машине нас становится четверо. Краснов устраивается на переднем сидении и здоровается с Виталием Андреевичем, после чего автомобиль срывается с места.

— Я забронировал гостиницу, — начинает Вяземский, но дядя резко его обрывает:

— Ты с ума сошел? Чтобы мой племянник ночевал в гостинице, когда у меня в доме так много свободных комнат. Ну уж нет, — отрицательно качает головой Рязанцев.

— Лара, что скажешь? — тихо спрашивает Денис. — Останемся у Витали?

— Хорошо, — соглашаюсь я, ловя на себе заинтересованный взгляд Краснова, который намеренно повернулся к нам.

— Михаил, ты с нами? — уточняет Рязанцев. — Или поедешь в гостиницу?

— С вами, если вы не против. Ни за что не упущу такую возможность, — насмешливо бросает Краснов.

— Отлично. Места у нас много.

Спустя час мы подъезжаем к особняку Виталия Андреевича. При виде этого прекрасного места, где мне довелось побывать один раз, я ощущаю болезненное жжение в груди. Чувства смешанные, необъяснимые, но слишком обостренные. Нужно срочно принять душ и отвлечься на что-нибудь, иначе к вечеру я буду оголенным нервом.

По иронии судьбы Рязанцев отводит ту самую комнату, в которой четыре с половиной года мы ночевали с Денисом. Воспоминания накатывают с новой силой, ведь здесь совершенно ничего не изменилось, разве что постельное белье другого цвета. Я чувствую себя неловко. В воздухе повисает неловкое напряжение, и Вяземский отлично это чувствует. Он подходит ко мне со спины и, обхватив за плечи, осторожно разворачивает к себе.