Книга Останься в прошлом, страница 91 – Анастасия Ридд

— Как же долго ты меня искал, — злобно выплевывает он. — Ничего без Ларки не можешь. Где она, кстати?

— Зачем цветочный подожгли? — спрашиваю прямо. Подробности прошлого меня больше не интересуют, и без того все ясно.

— А кто сказал, что это я? — задает вопрос.

— Отпечатки пальцев и камеры с соседнего здания, — выдаю общую информацию, которую Петровичу к настоящему моменту удалось выяснить.

— Она несправедливо поступила со мной, — сдавленно отвечает он.

— Значит, это банальная месть?

— Месть или нет. Какая разница? — лениво пожимает плечами.

— Ты сам в этой жизни не добился ничего, Романов. Так какого черта портить то, что досталось ей честным трудом и огромными усилиями? — хватаю его за грудки, но сотрудник полиции быстро реагирует, и мне приходится отпустить мерзавца.

— Ты хотел сказать то, что дал ей ты? — кривит рот в язвительной усмешке.

— Ты отлично слышал, что я сказал.

— Все твое я бы с радостью уничтожил, Вяземский. Ты лишил меня всего, — бросает с ненавистью.

— Ты себя всего лишил сам, — отвечаю я.

— Если бы ты не появился в жизни Лары, она бы простила меня, — продолжает он. — И наша жизнь вернулась бы на круги своя.

— Ты в самом деле так думаешь? — я искренне удивлен его рассуждениям.

— Конечно. Ты стал мешать, — открыто говорит он.

— Зачем ты хотел видеть Лару? — перевожу тему.

Теперь мне окончательно становится все понятно. Главным инициатором был не мой брат, как я было подумал, а Романов. Никита, Регина и Силаев — лишь пешки в этой игре. Я был уверен, что Вадим играет по чьим-то правилам. Но все оказалось не так. После того, как Романов не получил мое дело, он сам вышел на Никиту, а дальше все пошло по накатанной.

— Чтобы попросить прощения.

— А ты его заслуживаешь? Да ты и мизинца ее не стоишь, — сквозь зубы цежу я.

— Она — единственная, кого я любил в этой чертовой жизни.

Каждое его слово вызывает только злость и агрессию. Кроме кулака в нос этот ублюдок больше ничего не заслуживает — ни сострадания, ни жалости, ни сочувствия. Он сам выбрал свой путь и сделал его именно таким, хотя у Вадима вариантов была масса стать достойным человеком.

Больше ничего не говоря, я встаю со стула и выхожу из комнаты. Осталось еще одно незаконченное дело, которое я намерен решить сегодня же, несмотря на поздний час.

Спустя некоторое время Петрович паркуется около дома моего двоюродного братца. В окнах горит свет.

— Ты уверен, что я не нужен? — уточняет помощник.

— Позже, Петрович. Организуй своих.

— Они уже едут.

— Отлично. Спасибо.

— Тогда жду отмашку.

Выхожу из машины и, войдя в подъезд, поднимаюсь на нужный этаж. Столько раз я следовал этим маршрутом, но никогда не думал, что однажды мой визит к брату станет последним. В детстве мы были очень дружны, поэтому его предательство ударило больно.

— Дэн? Здорово! Проходи. Я и не знал, что ты уже вернулся, — обманчиво радостным тоном произносит Никита.

— Здорово! — киваю я. — Я ненадолго.

— Что-то случилось? — хмурится он, видя мою реакцию.

— Думаю, тебе хорошо известно, что случилось, — резко бросаю я. — Только я об этом узнал совсем недавно.

— О чем ты? — он по-прежнему делает вид, что ничего не понимает, но его глаза говорят другое.

— У меня один вопрос: зачем?

Он опускает глаза в пол и какое-то время молчит. Разумеется, ответ на мой вопрос у него имеется, однако все, что бы он не сказал в эту секунду, не будет иметь значения. Я понял, что мне было нужно — один взгляд.