Книга В разводе, страница 79 – Анастасия Ридд

— Я люблю тебя, Ника, — понизив голос, говорит он. — И что бы ни происходило между тобой и мной, в наших отношениях, мои чувства останутся неизменными.

Он нависает надо мной и осторожно проводит по щеке тыльной стороной ладони. Поддевает подбородок и мягко целует в губы. Этот поцелуй не похож на предыдущие — несмотря на его легкость, он становится более глубоким, осмысленным. В нем присутствует сожаление о случившемся, смешанное с трепетом и нежностью. Вот только интимный момент близости длится недолго. Мобильник оживает, а на экране светится имя Андрея.

Волшебная атмосфера резко улетучивается, а лицо Уварова мгновенно мрачнеет — он видит имя абонента. Я принимаю вызов только для того, чтобы сказать одну фразу:

— Андрей, я перезвоню.

Саша возвращается на стул, находящийся напротив моего рабочего кресла. Потемневший взгляд мужчины оказывается красноречивее любых слов, но я не поддаюсь. Как бы то ни было, у меня должны быть личные границы и возможность общения с тем, с кем сама считаю нужным. Но, похоже, из-за своей ненависти Уваров так не считает.

— Какого черта этот ублюдок звонит тебе? — хрипит он.

— Скорее всего, по рабочим вопросам, — отвечаю я, чувствуя нарастающее напряжение между нами.

— Я тебя предупреждал насчет Гусева, Ника, — в голосе слышится раздражение.

— Саш, значит, тебе спать с Лизой, твоим деловым партнером можно, а мне просто общаться с возможным компаньоном нельзя?

— Что значит компаньоном? — хмурится Уваров. Ноздри мужчины раздуваются, а глаза наливаются кровью.

— Андрей планирует новый проект и зовет меня в качестве компаньона, — говорю прямо.

— Не вздумай, поняла? — рычит Уваров. — Никогда и не при каких обстоятельствах.

— Саша, я тебя не понимаю, — грубо бросаю я, вскидывая руки. — С чего ты решил, что можешь распоряжаться моей жизнью?

Уваров тяжело вздыхает, как будто устал говорит на эту тему. По правде сказать, не он один. Каждый раз, когда беседа касается Андрея, Саша пытается продавить меня.

— Я не хотел говорить тебе раньше времени, — начинает серьезно. — Нужны еще доказательства, Гусев вот-вот расколется сам, если его дожать.

— В чем дожать? Что ты имеешь в виду? — настает черед хмуриться и мне.

— Дело в том, что именно Гусев и его папаша угробили твоего отца. Его смерть навсегда отпечаталась на их руках, — хрипло произносит Уваров, сцепив руки в замок и уводя их за голову.

Поначалу мне кажется, будто я ослышалась или неправильно поняла Уварова, но по выражению лица понимаю, что никакой ошибки нет. С такими вещами не шутят, да и Саша ни за что бы не стал этого делать. Чувствую себя отвратительно, в груди в геометрической прогрессии растёт зияющая дыра, а весь мой мир рушится на глазах словно карточный домик. Все, что я знала до этого момента в отношении Гусева, оказалось ложью.

— Но зачем, Саша? Они ведь были друзьями, — одними губами лепечу я.

— Я точно не знаю. Но мои люди пытаются выяснить. Возможно, ты что-то вспомнишь, — негромко произносит он. — И тогда мы сможем быстрее упрятать их с папашей туда, куда им и дорога.

— Я подумаю, — быстро отвечаю, сдерживая подступающий к горлу ком. — Саш, оставь меня, пожалуйста. Мне нужно побыть одной.

— Хорошо, — без лишних вопросов он встает и идет к выходу из кабинета. — Пообедаем вместе?