Книга Жена для миллиардера, страница 40 – Анастасия Ридд

Мужчина сокращает расстояние между нами до опасно близкого, опуская руку мне на бедро. Чувства смешиваются. С одной стороны, я тронута его прямолинейностью. Этого, пожалуй, так часто не хватает в жизни. А с другой, его самонадеянность и самоуверенность раздражают, и хочется сопротивляться, убеждая Воскресенского в том, то он все неправильно истолковал. Но, к моему сожалению, это не так. Я действительно разозлилась и приревновала мужчину, который является моим супругом, но по факту мне не принадлежит.

— Агги, — тихо усмехается он. — Я вижу, что ты хочешь влепить мне пощечину за правду, но твое желание заняться со мной любовью… — он замолкает, а его рука уже блуждает по оголенной коже под вырезом платья, и я непроизвольно выгибаюсь ему навстречу. Предательское тело вот уж не в первый раз подводит меня, в то время как мой разум твердит "беги от него".

Его властные губы захватывают мои, и я с горячностью целую ответ. Страсть смешивается с любовью, и, кажется, я уже не понимаю, где реальность. В глубине души хочется сопротивляться, но те эмоции, которые я испытываю с ним, оказываются сильнее. Полностью погружаюсь в интимную атмосферу и перестаю противиться своим чувствам. В конце концов, я не знаю, что будет с нами дальше. Кто знает, может, однажды Даниил Воскресенский растает, и его чувства смогут перерасти во что-то бо́льшее?

Я медленно открываю глаза и сразу же щурюсь от осеннего солнца, лучи которого попадают на мое лицо. Укрываюсь одеялом с головой от какого-то необъяснимого ощущения легкости. Не сразу, но вспоминаю о вчерашнем насыщенном событиями дне и не менее запоминающейся ночи.

— Проснулась? — где-то вдалеке слышится голос моего супруга. — Доброе утро!

— Доброе утро! — отвечаю я, выныривая из своего укрытия в виде одеяла.

Воскресенский выглядит так, как будто проснулся часа два назад. Одет с иголочки, рубашка выглажена, а брюки как и вчера сидят идеально. Выражение лица совершенно спокойное, безмятежное, а в темных глазах ни единых следов сна или усталости.

— Давно проснулся? — спрашиваю первое, что приходит в голову.

— Да, одна неугомонная девушка спит крайне беспокойно, — в глазах мужчины я замечаю озорные искорки, в ответ на которые мое сердце пропускает удар.

— Хочешь сказать, что это я не дала тебе выспаться? — хитро прищуриваюсь, вставая с кровати.

Оглядываюсь по сторонам, но своей одежды не вижу. Зато взгляд Воскресенского моментально темнеет при виде полностью обнаженной меня. Мне нечего стесняться. Да и не слишком уместно будет схватить одеяло и прикрываться им, изображая монахиню, коей я не являюсь. А учитывая, какой бурной была наша первая брачная ночь, то в этом случае о стеснении и вовсе речи быть не может.

— Я надеялся перекусить, Агги, но ты не оставляешь мне шансов, — мужчина в два счета оказывается рядом со мной, а его рука по-хозяйски опускается на оголенное бедро.

Все мое тело вспыхивает от одного только прикосновения Даниила. Эта близость не просто сводит меня с ума. Я растворяюсь в каком-то необычайном трепете, который с каждой новой встречей словно усиливает мои чувства к собственному супругу.

Трель мобильного раздается неожиданно, и Даниил, негодуя от возмущения, отвечает на звонок.

— Ринат, что-то срочное? — не здороваясь, спрашивает Воскресенский.