Книга Твой личный враг, страница 85 – Настя Орлова

Потребность прижаться к нему сильнее, впитать в себя его ошеломляющий запах, дотронуться до лица, рук, пробежаться кончиками пальцев вдоль спины, зарыться в густые темные волосы и навсегда запомнить эти необыкновенные ощущения, которые возникали во мне, только когда он был рядом, становятся нестерпимыми. И вместе с тем мне отчаянно не хочется, чтобы этот миг заканчивался. Он столь прекрасен, что мои глаза внезапно наполняются влагой. Обхватываю дорогое лицо ладонями и, глядя на него изумленными глазами, не могу надышаться.

Его глаза, темные и глубокие как бездна, изучают меня с немым изумлением, руки замирают на ягодицах, губы коротко прижимаются к виску. От его недавней яростной атаки мой рот все еще пульсирует, поэтому даже нежное прикосновение шершавой подушечки большого пальца посылает сноп возбуждающих искр в мой одурманенный мозг.

Даниил медлит. Я вижу, как поднимаются и опускаются его темные ресницы, подчеркивая глубину его глаз, чувствую его дыхание на своем лице. Обвиваю его шею руками, почти не соображая, что делаю.

Когда его ладонь ложится на мой живот, я не могу скрыть ответную дрожь. Даниил удерживает мой взгляд, словно давая мне понять, куда ведет нас эта вспышка страсти, и медленно, но неумолимо тянет вниз бегунок молнии на моих джинсах.

В тишине комнаты наше тяжелое дыхание кажется столь оглушающим, что я даже не сразу слышу настойчивую трель звонка на своем телефоне. Когда наконец она проникает в мое одурманенное похотью сознание, мне хочется завопить от разочарования.

— Это мама, – шепчу я. – Я должна взять.

На короткое мгновение давление руки, уже проникшей под джинсы, усиливается, словно Даниил не желает отпускать меня. Но в следующий миг он кивает:

— Конечно. – Его горячее дыхание опаляет мои губы, а рука выскальзывает из-под джинсов, оставляя после себя болезненную пульсацию, которая требует продолжения.

Стыдливо застегнув молнию, на дрожащих ногах я иду в прихожую. Тупо роюсь в рюкзаке в поисках телефона, пока не осознаю, что звонок доносится из кармана пальто.

— Мам? – говорю я, стараясь вернуть голосу твердость.

— Мира, я тебя потеряла. – Голос мамы доносится до меня будто сквозь закрытую дверь. Я отчаянно стараюсь уловить смысл ее слов, но он теряется. Может быть, возбуждение, которое я только что испытала, повлияло на мою способность соображать?

— У меня все хорошо, – отвечаю я.

— Уже поздно. Ты успеешь вернуться вовремя?

Еще до того, как мама успевает закончить свою фразу, мой мозг выныривает из сладостного дурмана. Я отчаянно жмурюсь, когда понимаю, с чем конкретно связано ее волнение.

— Мам, я… – пытаюсь сказать, что не приду, но потом вспоминаю, как долго родители ждали этого вечера, и понимаю, что не могу отказать. – Не волнуйся, буду вовремя.

Я отключаюсь, несколько секунд отрешенно разглядывая погасший экран, потом возвращаюсь к Дане.

— Мне нужно домой, – даже не пытаясь скрыть отчаянного сожаления в голосе произношу я. – Очень нужно. Я обещала родителям посидеть с Андрюшей, чтобы они могли спокойно поужинать в ресторане.

— Андрюша? – переспрашивает Даниил непонимающе.

— Братик. Ему месяц, – при воспоминании о розовощеком карапузе, мои губы непроизвольно растягиваются в нежной улыбке. – Это первый вечер после его рождения, когда родители хотели побыть наедине.