Книга Посмотри в мои глаза, страница 153 – Настя Орлова

Когда я выхожу из ванной, с горем пополам усмирив расшалившиеся нервы, Кирилл в домашних спортивках и футболке колдует над заварочным чайником на кухне. Тот самый чай, который мы не выпили, когда пришли, потому что страсть вспыхнула, как облитая бензином древесина, теперь снова на повестке дня. Точнее, уже ночи.

Меня пронзает острый укол ностальгии. Раньше мы с ним тоже часто пили чай. Как-то он говорил, что предпочитает кофе, но ему приятно устраивать для меня чаепития, потому что совместные занятия объединяют. Господи, тогда он так хотел быть со мной…

— Голодная? – спрашивает Кирилл ровным голосом.

Видно, что уже взял себя в руки и снова закрылся: эмоции под контролем, взгляд подчеркнуто нейтральный. Даже не верится, что двадцать минут назад он исступленно меня ласкал и шептал на ухо разгоняющие кровь пошлости.

— Нет, не голодная, – подстраиваюсь под его равнодушную манеру вести разговор, но вопрос, который вертится на языке, все же звучит почти умоляюще: – Я могу уехать?

Рука Гордеева замирает над чайником, а потом он с грохотом опускает фарфоровую крышку и с разъяренным выражением на лице разворачивается ко мне.

— Куда?

— В квартиру.

— Нет, не можешь. – Его губы плотно сжаты, в глазах застыло упрямое выражение.

— Почему?

— Потому что я так сказал! – обрубает жестко.

— Это неразумно.

— Если бы во мне была хоть капля разума, неделю назад я бы выпроводил тебя из своего кабинета и забыл о твоем существовании, – свирепо рычит Кирилл, испепеляя меня взглядом потемневших глаз. – Но имеем мы то, что имеем.

— Почему же ты так не сделал? – выпаливаю негодующе.

Он крепко стискивает челюсти, из-за чего на щеках надуваются желваки. Раздражен и зол. Господи, чего ему на меня злиться? Я же все делаю так, как он хочет. Молчу уже про неделю послушания. Даже этой ночью я не стала задерживать его, когда он так демонстративно стремился отделаться от меня после секса и скрыться в ванной, хотя больше всего мне хотелось от него тепла и близости. Он ведь даже не сказал ничего – ни одного доброго слова в мой адрес. Бросил эту гранату с замедленным действием про возможные последствия секса без контрацепции и умчал в ванную. А теперь, когда я хочу побыть одна и пережить все случившееся, он не желает меня отпускать.

— В квартиру ты не поедешь. – Его тон не терпит возражения. – Помимо моей здесь еще две комнаты. Можешь переночевать в любой.

Сказав это, он отворачивается и снова занимается чайником. Засыпает заварку, заливает кипяток, гремит посудой. Его движения резкие, но уверенные, если он и злится, то уже полностью себя контролирует.

— Зачем все это, Кирилл?

— Если бы я, твою мать, знал! – взрывается он, в сердцах сталкивая кулаки с ни в чем не повинной мраморной столешницей. – Это ты мне скажи, Лера! Какого хрена ты приехала в Москву?

— Ты знаешь, почему я приехала, – шепчу я, нервно сглатывая. И импульсивно отступаю на шаг назад.

— Нет, не знаю! – рявкает Гордеев, одним взглядом пригвождая меня к месту. – Про Панина мне втирать не надо – он бы мог сам мне позвонить, старику я бы точно не отказал. И ты об этом прекрасно знаешь. Но нет, ты зачем-то притащилась сама. Потрудилась обманом проникнуть в мой офис. Нагло прервала важную встречу. Спрашиваю тебя: на хрена, Лера?