Книга Посмотри в мои глаза, страница 55 – Настя Орлова

— Спасибо, Кирилл. Просто спасибо.

Еще через пару минут дверь процедурного кабинета открывается. Я вскакиваю на ноги. Панин тоже поднимается и сталкивается нос к носу с Риммой Ивановной.

— Здравствуйте, Дмитрий Сергеевич, – говорит она вежливо и еще до того, как Панин успевает что-то спросить, тараторит: – Все у Леры хорошо, не волнуйтесь. Она перемерзла и не выспалась, на ноге содрана кожа, но она молодая и здоровая, все будет в порядке. Сегодня я оставлю ее в больничном крыле – понаблюдаю за ее состоянием.

Пока директор слушает фельдшера, я через ее плечо фокусирую взгляд на Лере. Она полулежит на кушетке с закрытыми глазами, словно боится взглянуть на меня и своего дядю, один ее вид, такой беззащитный и трогательный, заставляет мое сердце болезненно сжаться.

Выслушав медработника, Панин заходит в кабинет и медленно опускается на кушетку рядом с Лерой.

— Напугала ты меня, Лерочка, – говорит он глухо.

Девчонка открывает глаза и, склонив голову, трется щекой о его руку. Этот жест такой искренний и личный, что я внезапно чувствую себя здесь лишним.

— Знаю, дядя Дима. Извините меня.

Панин тяжело вздыхает и нежно целует ее в макушку.

— Сегодня отдыхай, а завтра мы поговорим. Хорошо? Расскажешь мне все про свою поездку и…

Лера вдруг резко вскидывает голову и ловит мой взгляд.

— Попроси, пожалуйста, Катю принести мне сменную одежду и телефон, – просит она мягко, но меня не оставляет ощущение, что что-то в словах Панина ее взволновало и она нарочно обратилась ко мне, чтобы прервать его. – И… Спасибо тебе, Кирилл.

Этой фразой она явно намекает на то, что мне пора уходить. И не возвращаться. И это снова наводит меня на мысли, что есть что-то, что-то очень важное, что она изо всех сил хочет от меня скрыть.

— Хорошо, Лера, – соглашаюсь я, готовый в текущих обстоятельствах дать ей эту передышку, чтобы позднее обязательно вытрясти из нее правду. – Отдыхай.

Покинув медицинское здание, я направляюсь к домику первого отряда. Уже прозвенел гонг, и на уютных улочках «Синички» стало многолюдно и шумно. Для многих день только начинается, а я за несколько утренних часов пережил столько эмоций, что кажется, день должен как минимум клониться к вечеру.

Вожатую Катю я ловлю в дверях.

— Как она? – спрашивает она обеспокоенно.

— Ей отдохнуть надо. Она ночь не спала. Римма Ивановна хочет оставить ее сегодня под наблюдением, – говорю я. – Она просила тебя принести ее телефон и сменную одежду.

Катя сводит брови на переносице и поджимает губы.

— Я не могу сейчас. Лариса сегодня выходная. Мне ребят на завтрак надо вести и… Блин.

— Собрать все, что ей нужно, успеешь? Я отнесу.

Катя кивает. Ее улыбка преисполнена благодарности и тепла – сейчас она совсем не такая колючая, как вчера.

— Спасибо тебе, Кирилл, – говорит она с чувством пять минут спустя, передавая пакет с вещами для Леры. – Спасибо, что откликнулся, что так быстро среагировал, что нашел ее.

Когда я возвращаюсь в медицинский корпус, Римма Ивановна в процедурной обрабатывает разбитую коленку какого-то мальчишки. Увидев меня, она кивает в сторону коридора и говорит:

— Палата слева. Я скоро подойду.

Леру я нахожу лежащей на застеленной кушетке. На ней больничный халат, волосы рассыпались по плечам, глаза закрыты. Видимо, переживания прошедшей ночи дали о себе знать – она отключилась, едва голова коснулась подушки.