Книга Посмотри в мои глаза, страница 90 – Настя Орлова

Натянув эластичные боксеры и шорты, я выхожу из спальни. Мне достаточно двадцати секунд, чтобы обойти все помещения гостевого домика и убедиться: в доме я совершенно один. Как же бесит, что я заснул и пропустил тот момент, когда Лера слиняла.

Вернувшись в спальню, я беру с тумбочки мобильный. Папки входящих звонков и сообщений пусты, но под телефоном я нахожу свернутую в трубочку записку.

«Пришлось уйти, не попрощавшись. Дядя знает, что мы с тобой провели ночь здесь. Занеси ему ключи, пожалуйста».

И все. Лаконично и просто. И как-то чересчур отстраненно для той, кто провела долгие часы, в экстазе выкрикивая мое имя.

Нехорошее предчувствие, которое возникло во мне в первые секунды пробуждения, возвращается, усилившись стократно. Внутри что-то обрывается. С тяжелым сердцем я набираю ее номер. Гудки и сброс. Механически повторяю это действие еще раз. Еще. И еще.

Из транса меня выводит только звук второго горна. Засунув телефон в карман шорт, я натягиваю футболку. Ключи нахожу на столике у входа. Панина застаю в его кабинете до того, как он успевает уйти на зарядку.

— Здравствуйте, Дмитрий Сергеевич, – говорю слегка смущенно. – Я принес ключи.

— А, Кирилл, проходи. – Мужчина поднимается из кресла и морщится. – Ох уж эти колени, не дают мне покоя.

— Я ненадолго зашел. Вы не знаете, где ваша племянница? – спрашиваю я, передавая ему связку. – Телефон у нее выключен.

Прежде чем ответить, Панин скользит по мне оценивающим взглядом, под которым я ощущаю себя наколотым на булавку насекомым, и произносит:

— Лера уехала.

— Куда? – Я хмурюсь, стараясь удержать внутри рвущееся наружу разочарование. – Когда она вернется?

— Сюда она больше не вернется. – Он покачивает головой. – Не в этом году.

— В смысле? – Я настолько ошарашен его словами, что почти уверен, что ослышался. – У нас с ней планы. День самоуправления. Это лето. Еще несколько недель. Три, точнее. Она мне обещала.

— Понимаю, мой мальчик, – мягко говорит Панин, в знак поддержки хлопая меня по плечу. – Такова жизнь.

— Я ничего не понимаю, – растерянно бормочу я, делая отчаянные попытки не поддаваться панике.

— Вот. – Мужчина протягивает мне запечатанный конверт.

— Что это?

— Она просила передать тебе, – отзывается мужчина, вкладывая конверт в мою ладонь. – Я оставлю тебя. Ключи я забрал, будешь уходить – просто захлопни дверь.

Бросив на меня сочувственный взгляд, Дмитрий Сергеевич уходит из кабинета. Я остаюсь один.

Очень долго я стою, не шевелясь, и пустыми глазами смотрю в окно, за которым покачиваются на ветру ветки деревьев. По телу пробегает озноб. В горле зреет ком, который мне никак не удается проглотить. С минуту я просто верчу конверт между пальцами, не решаясь его открыть. Наверное, подсознательно я уже все понимаю и лишь оттягиваю момент, когда предположение превратится в реальность. Когда будет больно и окончательно. Когда станет ясно, что ничего уже не вернешь.

В итоге я надрываю конверт и достаю оттуда сложенный пополам тетрадный лист в клетку.

«Все хорошее когда-нибудь заканчивается, даже если этого очень не хочется. Мы тоже закончились. Это было лучшее лето в моей жизни. Спасибо тебе за него. И прости меня, если сможешь. Пожалуйста, проведи для ребят день самоуправления. Они этого заслуживают. Сценарий я передала Кате. Будь счастлив.