Книга На моих условиях, страница 109 – Настя Орлова

Она приехала.

Элегантная, сдержанная, очень красивая. В простом кремовом платье с длинными рукавами и узкой юбкой чуть выше колена, в бежевых туфлях на высоких каблуках и с маленькой лаковой сумочкой под мышкой, она двигается ко мне с врожденной грацией и естественностью, которые отдаются мучительным трепетом у меня в животе. Это так просто и естественно – желать женщину. Почему только мне «посчастливилось» желать ту, которая смотрит на меня так, словно я олицетворяю собой чудовище, которое она оказалась не в силах победить?

Пока Влада поднимается по ступенькам, я позволяю себе рассмотреть ее получше. Волосы забраны в гладкий пучок, снова никаких украшений. Мои глаза фокусируются на чуть опущенных уголках ее губ – очевидно, сейчас она думает о чем-то грустном. И мне не надо быть ясновидящим, чтобы понять, о чем именно. Даже странно, что она сегодня в бежевом. Я бы не удивился, если бы в знак протеста она пришла на нашу свадьбу в черном. Впрочем, я одергиваю себя, в ней слишком много класса и воспитания, чтобы так поступить.

Пару дней назад у меня был занятный разговор с Владиславом Ворониным. Помимо всего мусора, который он мне наговорил, он сказал фразу, которая запала мне в душу. «Влада – человек одной привязанности. Она никогда по-настоящему не любила. Ее фантазии о соседском фотографе – это блажь. А у тебя есть все шансы стать ее главной привязанностью. И если это произойдет – моя дочь тебя не разочарует».

После этих циничных слов, в которых Воронин представил Владу куском мяса, я едва не послал его. Едва, потому что потом он добавил: «Что бы ты ни думал, я люблю свою дочь. И я верю, что ваш союз – ей во благо. Только не дави на нее – дай ей время».

Сколько времени может понадобиться Владе, чтобы привыкнуть? Не угаснет ли мой к ней интерес раньше? Да, для нее вся ситуация – это стресс. Но и я в подобном переплете впервые. Понятия не имею, чего ожидать в будущем не только от девушки, но и от самого себя.

Когда она останавливается напротив, я слегка наклоняю голову в знак приветствия, чересчур впечатленный ее появлением и собственными эмоциями на него, чтобы говорить. Она в ответ лишь мятежно поднимает подбородок чуть выше, прямо встречая мой взгляд.

— Пошли, – говорю я, кладя руку ей на поясницу. – Наше время.

Гражданская церемония бракосочетания проходит быстро и лаконично. Все время, пока говорит распорядительница, мне кажется, что мысленно Влада находится где-то очень далеко и на меня смотреть отказывается. Я ее не виню. Для девушек день свадьбы должен стать особенным, а мы обходимся гражданской регистрацией впопыхах, без свидетелей и родных.

— Максим Игоревич, согласны ли вы взять Владлену Владиславовну в жены?

— Да.

— Владлена Владиславовна, согласны ли вы взять Максима Игоревича в законные мужья?

На несколько секунд в кабинете воцаряется тишина. А потом Влада впервые за все время регистрации поднимает на меня взгляд и произносит:

— Да, согласна.

Ее голос звучит тихо, но твердо, только выглядит она так беззащитно и растерянно, что я вдруг понимаю, что готов ждать. У Влады Ворониной… Андреевой – как странно и в то же время приятно это звучит – есть все время, которое ей может понадобиться. Потому что сейчас я почти уверен: она меня не разочарует.