Книга Вне игры, страница 111 – Настя Орлова

Третий период раскатываем в ноль. «Красные» немного проседают, но и мы дожать не можем. Осторожничаем. Не хватает буквально сантиметров для броска.

В раздевалке перед овертаймом тренер собирает нас в круг. Раскладывает на пальцах возможности для атаки. Понятные вещи говорит, правильные, а попробуй на льду такое сотворить, когда «Колорадо» давит по всем фронтам.

Снова лед. Снова арена. Снова глаза в глаза с Ритой. Теперь я знаю, где ее искать. И будто даже дышать легче становится. За три месяца какую-то запредельную связь с ней развили. Я ее чувствую, она меня чувствует. И доверяет. От этого вообще голову сносит, потому что я понимаю, насколько ценно ее доверие после всего, что она перенесла, после всего, что она мне про свое прошлое открыла, выплескивая долгими ночами боль и страх, которые годами копила в сердце.

Я когда все от нее узнал, про все детали, про все шрамы, которые он ей оставил, едва снова в Россию не собрался – убить мудака на хрен. Спасло лишь то, что ждали итога процесса, после которого его посадили. Уже окончательно.

Возвращаюсь в игру.

Накал запредельный. От него шумит в ушах. Когда встаю в стартовую позицию, даже свисток арбитра не сразу разбираю. Запаздываю на долю секунды. Упускаю момент.

Три минуты до конца первой пятиминутки. Щелчок. Рывок. Помчали.

В особенно важные моменты жизни я обычно крайне хладнокровен – знаю, что нужно делать, и действую. Со «спасением» Риты так было, и вот сейчас, когда получаю шайбу на пятачке, вдруг испытываю странное спокойствие. Такая ясность в голове. Клюшка – мое продолжение. И шайба. На ней весь фокус. Ее место – в воротах.

Стивенсон открывается справа. Можно отдать пас. Но у меня такая выгодная позиция. И никто не давит, весь обвес защитников на партнере. С резким выдохом, от которого джерси натягивается на груди, делаю бросок.

Точно по центру, между щитками вратаря «красных».

Оглушающая тишина до яркого взрыва. На табло загорается 3:2. Такое безумное ощущение, словно сделал то, к чему шел всю свою профессиональную карьеру.

Ребята кидаются на меня с воплями. Я вроде бы знаю, что забросил победную шайбу, но все еще не до конца осознаю. Это осознание придет позже…

По завершении матча вся команда по традиции собирается в раздевалке. Марк под всеобщие аплодисменты вручает мне первую забитую в регулярке шайбу с наклейкой. Фотограф щелкает кадр для соцсетей.

— Первая, – говорит тренер Льюис. – Давай, чтобы не последняя, Никита.

Ребята обнимают меня. Я обнимаю их. Рад. Безусловно. Но сил нет быть тут, когда я знаю, что Рита там… Ждет меня, знаю. Домой не едет.

Когда неформальные поздравления завершаются, я быстро переодеваюсь и вылетаю из раздевалки. В холле все еще дежурят журналисты местного канала, но я просачиваюсь мимо них, надвинув на лоб бейсболку и накинув капюшон. По пути принимаю звонок Миши. Не ожидал даже, что он смотрел матч. Дома глухая ночь.

— Молоток, – как всегда, кратко выдает брат. – На заставку себе на телефон поставлю, пока второй не забьешь. Уж сжалься, я на твою физиономию слишком долго смотреть не хочу.

Смеюсь. А самому приятно. В этой хамоватой шутке какой-то особый братский коннект. Не думал, что он у нас с Мишей еще хоть раз проявится, но судьба и тут преподносит сюрпризы.