Онлайн книга «Ты мне никто»
|
Наша компания тормозит её в коридоре. — Пройти можно? — Спешишь куда-то? — Не ваше дело. – она огрызается, но я вижу, что испугалась знатно. — Хорошенькое платьице, не холодно тебе в нем? Мурашки вон, бегут, или что, боишься нас? – Миронова лыбится как лиса, на кураже. — Я? Вас? Мечтай, Миронова. Уйти Лерке не дают. Начинают глумиться, а потом и вовсе хватают и тащат в туалет. Мужской. Капец. Я смотрю на неё головой качая – предупреждала же! Ну! И что делать? Поворачиваюсь к Мироновой. — Вы совсем берегов не видите? Это… — Что? Подумаешь… Ну, просто парни решили поговорить с понравившейся девочкой. Она нравится Беляеву, ты знала? Ну вот… Слышу крики Лерки, и меня морозит, колотит просто. — Они её там, что… — Ничего, расслабься, трогать не будут. И потом… думаю, там Тор уже… все потрогал. — Слышь, Миронова, я в этом не участвую, поняла? Пытаюсь вырваться, надо помощь, позвать кого-то… — Стой! Куда! Хватает меня, затаскивая в узкий коридор у лестницы. — Молчи, поняла? — Я не собираюсь… — Собираешься! Иначе все узнают маленькую тайну, про тебя и про твоего братца-инвалида. И про Коршуна. Ты же в его доме живёшь, да? Ледяной пот прошибает. Я не хотела, чтобы узнали, я… И что делать? Да, пофигу! Пусть знают! Только… — Ты меня услышала, Сотка? Киваю. Пока я буду с ними. Надо усыпить бдительность, а потом… Крики Лерки становятся тише. Её заперли? Разумов и Беляев возвращаются довольные. — Все норм. Пусть посидит немного. — Надо постоять тут, засечь, чтобы никто не прошёл. — Слушайте, это зашквар, вы че творите? Они смотрят на меня, ухмыляясь. — Мы просто пошутили, Сотка. И, кстати, если чё, для справочки, ты с нами, так что… Тебе тоже отвечать. Или хочешь вместе с Щепкой посидеть? — Да пошли вы… — Стоять! Держат меня. Разумов хватает рукой за талию, спиной к своей груди прижимая, а я от ужаса липким потом покрываюсь. Не хочу, чтобы он меня трогал. — Отвали, никуда я не денусь. — А мне нравится держать… - шепчет в ухо, мурашки от отвращения в рассыпную. Минут десять стоим, в коридоре, как назло, никого. Мироновой явно становится скучно. — Ладно, пойдем в зал, послушаем как наши соловьи поют? — В сериале, кстати, ничё так было, кульно, - Дунаева смотрит на Миронову, та кривится. — Ничего особенного. Хрен бы они туда попали, если бы не папашка Да Винчи. Везде блат, везде! – она глаза закатывает наиграно, а потом ржет. – Слышь, Сотка, тебе хоть заплатили за это слюнявое представление? — Заплатили, и вообще – завидуйте молча. Дергаю плечом, чтобы отцепиться от Разумова, который еще меня держит. — Убрал руки! — Отпусти её уже, она всё равно никому ничего не скажет, да, Сотка? Ты все поняла, надеюсь? Расскажут, что у нас с Коршуном есть много общего. Ясно. — Поняла! – шиплю, и двигаю в сторону зала. Все идут за мной. На сцене Тор, Коршун, Да Винчи… Зал вопит, орёт как на концерте суперзвёзд. Парни и правда играют круто, но в какой-то момент Тор, выпускает стойку микрофона и просто уходит со сцены. Я смотрю за ним, и тут же натыкаюсь на взгляд Мироновой. — Даже не думай… — Отвали. Музыка обрывается. Зал негодует. Да Винчи объявляет дискотеку. Мирон и Дуня отвлекаются. Коршуна я не вижу. А вот Разумов трется рядом. — Потанцуем? – берет меня за руку. — Извини, нет настроения. Я пойду. |