Книга Тихоня для волчьей стаи, страница 155 – Элен Блио

Я подняла голову и поняла, что лежу обнаженная на ковре у камина, а рядом лежит мой Альфа.

— Стася?

— Согрей меня, я замерзла…

Если бы я мог влезть в ее голову и понять, что там происходит! Если бы мог!

Мы смотрели, как наша волчица лежит у огня. Сутки, потом вторые…

День нашей свадьбы прошел.

Я вспоминал все свои мечты об этом дне. Наши мечты.

Даже не представлял, что я, Альфа, крутой мужик, которым я себя считал, буду реально мечтать – мечтать! – о дне свадьбы!

Увидеть ее в белом платье. Почувствовать дрожь ее тела. Взять тонкие пальчики, чтобы надеть кольцо и навсегда закрепить счастливый союз. Приподнять невесомую фату, посмотреть в ее синие глаза и увидеть там море любви.

Я не сомневался в ее чувствах даже когда она сама сомневалась в них. Когда она сомневалась во мне.

Не представляя, что именно ей наговорила тетка, я тем не менее прекрасно представлял, как это все могло выглядеть в глазах Стаси.

Она переживала смерть отца и матери. Переживала до сих пор. Такая боль никогда не проходит. Я прекрасно знал это – ведь смерть моего отца так же до сих пор была раной, которая кровоточила!

Она столько лет была уверена в том, что их гибель – несчастный случай!

Узнать, что это не так, да еще и во всех жутких подробностях – я ведь тоже навел справки о том, как именно все произошло – это не для слабого девичьего сознания. Хотя я понимал, что слабой наша принцесса не была никогда, но имел в виду слабость иного рода. Какая бы внутренняя сила ни была у нее, сколь мужественной она ни являлась – Стася была женщиной, и имела право не быть железной.

Разумеется, ненависть к убийце в тот момент была выше и сильнее всех иных чувств, и разум её отказывал. Хотя…

Сведения, полученные от тетки, не были такими уж ошибочными.

Ей рассказали, что я был в банде дяди – это было правдой. Правдой, которую я тщательно скрывал. И я вполне мог оказаться в центре той операции. И я помнил, как отказался ехать в забытый богом городок. Сейчас я жалел об этом так сильно! Кто знает, может я мог бы их спасти! Да, я в то время был всего лишь жалким сосунком, мальчиком на побегушках, но тем не менее.

Я нисколько не обиделся на Стасю за то, что она поверила в мою вину. Проанализировав все понял, что, возможно, сам поступил бы точно так же – эмоции затмили бы разум.

Тем более тетка, открывая Стасе страшные тайны моего прошлого, конечно же пользовалась своей силой. Внушение – страшная вещь.

Я не обижался на принцессу, но похоже она сама винила себя и не могла простить.

Это чувство вины придавило ее.

Вины за то, что она посчитала предательством.

Поэтому она не могла вернуться в ипостась человека. Она стыдилась себя! Стыдилась того, что предала нашу любовь.

Глупая малышка!

И что мне нужно было сделать, чтобы избавить ее от этих страданий?

Мы с братьями обсуждали это и наш мудрец – Влад – сказал, что мы может только ждать. Ждать и быть рядом, доказывая нашу любовь.

День свадьбы прошел. Наступил следующий. Она все так же лежала у камина.

Нам нужно было отправлять бабушку Стаси на операцию, но она ведь хотела увидеть внучку, хотела побывать на свадьбе!

Я не допускал мысли о том, что свадьбы не будет. Будет. Только чуть позже.

Влад ездил в клинику вместе с Ликой, они поговорили с Надеждой Сафроновной и ее лечащим врачом, отложили отъезд на пару дней. Влад решил все вопросы с израильской клиникой – деньги мы им перевели, даже с запасом, попутно я еще оплатил операцию для малыша из России, о котором мне рассказала доктор из Хайфы, так что вопросов у них не возникало – бабушку приняли бы в любое время, главное, что ее состояние, к счастью, было стабильным.