Книга Я не твоя, страница 14 – Элен Блио

— Если подарок от чистого сердца. Без всякой задней мысли, то…

— А как я должна понять, что он без всякой мысли? Я ведь знаю, что они очень дорогие. Такие вещи так просто не дарят. Я их возьму, а ваш брат будет считать, что имеет какие-то права на меня, так?

Я знала, что он все равно выкрутится. Ответит так, как им выгодно.

— Зоя. Давайте просто забудем этот эпизод. Простите моего брата. Он погорячился и поторопился.

Поторопился! Ну, разумеется! Такие дорогие подарки дарить непонятно кому!

— Ильяс знает, если у него серьезные намерения в отношении девушки он должен обсудить это с нашим отцом. И со мной.

Конечно!

А вы ему скажете, что эту русскую девочку он может использовать как хочет. А женится на своей, на той которая давно ему просватана!

Плавали, знаем.

Нет уж.

Спасибо.

Оставьте свои бриллианты своим женщинам.

Я почувствовала вибрацию в кармане. Будильник в телефоне!

Мне нужно было торопиться, чтобы успеть к началу занятий с учеником.

— Извините. Мне нужно идти. Приятно было познакомиться.

Я постаралась сказать это приветливо, но сухо.

Потому, что мне было не приятно.

Ни капельки.

Несмотря на всю его харизму.

Мне нельзя смотреть на таких мужчин. И я не смотрю.

— Я могу вас подвезти?

Что?

Теперь и я и Ильяс смотрели на него удивленно.

— Нет. Спасибо. На метро я доеду гораздо быстрее.

И безопаснее.

Потому, что одно дело стоять рядом с мужчиной на улице, в компании его младшего брата, на расстоянии больше двух метров.

И совсем другое - сидеть рядом с ним в машине. В замкнутом пространстве, где всё пропитано его ароматом.

— Зоя, я понимаю, что метро быстрее, но на машине комфортнее.

— Спасибо. Но я откажусь. Не хочу привыкать к комфорту. – эта фраза была лишней, но не съязвить я не могла. – До свидания Ильяс. Приятно было познакомиться, Тамерлан. Хорошего вам дня.

По тому как он скрипнул зубами я поняла – день вряд ли будет сильно хорошим.

Но почему?

Неужели такому как он реально хотелось куда-то везти такую как я? Бедную студентку в дешевых шмотках?

Девственницу, которая никак не решит эту проблему?

Глупую гусыню, которой наверняка теперь по ночам будут сниться его орехового цвета глаза?

— Зоя! Будьте осторожнее.

Зачем он это сказал?

Тамерлан.

Не мог забыть. Как ни пытался.

Глаза закрывал – и снова она.

Золото волос, океаны глаз – твою ж дивизию, уже стихами начал думать, как сладенькая поп звезда, мечта девчонок.

Сам над собой ржал, но не представлять ее вот так – не мог.

Губы эти пухлые, которое она белыми зубками прикусывала так, что у меня все внутри сжималось.

Надо было что-то делать с этим наваждением. Но что?

С каких это пор Тамерлан Умаров оказывался в тупике?

— Илик, так что с теми сережками?

— С какими? – хитрил, малый – с какими! – прекрасно знал, с какими!

— С теми, от которых твой Светлячок отказался!

— Какой Светлячок? А… - сделал вид, что с трудом припоминает, - пока у меня. Зойка крепкий орешек, все говорят. Так просто не подъедешь.

— Просто? С каких это пор серьги с бриллиантами это просто?

— Там, это Москва, тут девушки не как везде…

— В смысле? – Мне было даже интересно, что же мой младшенький мне расскажет о столичных девочках, чего я сам не знал?

— В смысле, что таких, которых на раз можно откупорить просто парой коктейлей в клубе все меньше, да и не интересно.  А интересные цену стали набивать.