Онлайн книга «Я не твоя»
|
Потом отвела меня в сторону, и спросила деликатно, могу ли я отнести Зою в ее спальню и остаться там с ней до утра. Я кивнул, хотя не был уверен, что Зоя этого хочет. — Останься со мной, пожалуйста! Просто… обними меня. Не отпускай. Я обнимал ее всю ночь, слушая ее дыхание и редкие всхлипы. Ближе к утру ей стал сниться кошмар, потому что она заметалась, потом застонала, я услышал ее шепот: — Петрос, пожалуйста, Петрос! Петрос… - потом она тихо заплакала, а мне словно сердце вынули и резали на тоненькие кусочки. В тот момент я думал только о том, что отдал бы все лишь бы сейчас рядом с ней был ее муж. Ее любимый. Не я. Другой. После Лимасола стало еще хуже. Зоя словно заново пережила всю трагедию с мужем. Я видел, как она зашла в дом и буквально упала у порога. Не сдержался, пошел за ней. — Уходи, Тамерлан, пожалуйста! — Нет, Зоя! Я тебя не оставлю. Не в твоем положении. Пойми, тебе нельзя. Подумай… подумай о детях! О Свете, о… о том, кто сейчас там… — Я все время должна думать о других. А кто подумает обо мне? — Я. Я думаю о тебе. Поэтому и прошу тебя успокоиться. Поэтому я тут, рядом… Она сделала шаг, падая в мои объятия. — Тяжело, Там… мне так тяжело… Мне так без него тяжело! Ты… ты не представляешь каким он был! И снова каждым словом – стрелой в сердце. До кровотечения мыслей внутри… Боль, боль, боль… Ее боль, которая врастает в меня, частоколом. Становится моей болью. Она рассказывает про их первую встречу. Он чуть не сбил ее? Я не знал! Представляю ее с огромным животом, тоненькие стройные ножки в туфельках, которые заливают воды…И перепуганные глазенки. Бирюзовые как кипрское море… А потом его любовь, ее отчуждение. Его смех, попытки расшевелить понравившуюся девушку, молодую маму, у которой вместо сердца – выжженная пустыня. И первые ростки ее нежности к нему. И тот момент, когда Зоя поняла, что… Чёрт, как же больно было слушать! Но я понимал, что я должен. Ей это нужно! Я нужен ей… Хотя бы для этого. Возвращаемся домой. И между нами снова стена. Моя мама прилетает. Без предупреждения. Она знает, что у меня живет Зоя. Я не могу не пустить маму в дом. Но вижу глаза Зои и мне физически плохо. Мама хочет просить прощения. Зоя слушает ее. Принимает все. Но я ощущаю ту боль, которую чувствует мой Светлячок и мне тоже больно. — Зачем ты приехала мама? — Я хотела как лучше, сынок. — Нужно было предупредить. — Я боялась. — Чего? — Что ты скажешь – не приезжай. – она плачет, вытирает слезы, я смотрю на морщинистые щеки, осознавая, как сильно она постарела за эти годы. Ведь она совсем молодая! Мне тридцать пять. Мама родила меня, когда ей было всего восемнадцать. Ей пятьдесят три! А выглядит она намного старше… мама Зои, которой сейчас не больше сорока пяти смотрится как дочь моей мамы. Понимаю, что я ужасный сын. Я плохо забочусь о ней. Я должен быть рядом, мне нельзя было отпускать ее от себя. Обнимаю маму, вижу Зою – она стоит в дверном проеме. Делает шаг к нам, смотрит на меня, закусывает губу, подходит и… обнимает меня и мою маму. Мама обнимает Зою, плачет, начинает говорить что-то на родном языке, я пытаюсь успокоить ее. — Тамерлан, попроси Хосию принести нам чаю, пожалуйста? Мы побудем тут. И мед. И ее пирожки. Меня выставляют вон. Я понимаю. |