Книга От винта-2! Довериться дракону, обуздать императора!, страница 32 – Ясмина Сапфир, Элен Блио

Рудэй

Ах, так? Ржать над императором? Да еще так фривольно? Стоя рядом с этим клиническим идиотом Виджином?

Не знаю, какая никодийская муха меня укусила, но я в этот момент решительно забыл, про свои траблы с магией, про то, что моё императорство и так еще очень и очень сомнительно. Даже про то, что Виджин, возможно, как раз из тех, кто метит на трон, который я уже было считал совсем своим, хотя и без особого желания.

Я представил, что хочу сделать с рыжей ведьмой, и использовал всю положенную мне силу. Хотя с детства считал, что с девчонками драться – это не по мужски.

Да и какая она к аллизианским оленям девчонка? Ведьма! Ведьма и есть!

Не знаю, что я хотел этим сказать или доказать, задействованные мной чары были направлены исключительно на появление в дерзкой хамке покорности!

Я хотел покорности! Чтобы моя наемная работница, в конце концов, поимела хоть какое-то уважение к моему… к моему титулу!

Или хотя бы к тому, что я мужчина!

Конечно, это был дохлый номер, я понял это практически сразу. Покорности магией не добиться, как и любви.

Есть вещи, на которые колдовство никак не воздействует.

Да, такая вот… насмешка природы.

Ты можешь увеличить женщине грудь и губы, можешь сделать её красавицей или уродиной. Озолотить буквально и в переносном смысле. Можешь дать ей всё, что захочет.

Но ты не можешь заставить её полюбить себя с помощью магии.

Оно так не работает.

Удивительно, что есть законы, которые одинаково действуют во всех мирах.

Любовь – это что-то за пределами магии, психологии, бытия, материи, сознания.

Иной порядок, иной уровень.

Совсем.

Я бы сказал, что только богам подвластна она.

Но уверен – им тоже нет.

Поэтому они предпочитают с ней не связываться.

Так, интересно, почему это я вдруг стал думать о любви? Оно мне совсем не свойственно. Нет, не в смысле думать, в смысле – о любви.

А думал я о ней совсем не вовремя, потому что магия, в гневе направленная на Джас, сработала самым ужасным образом.

Корсет на ней, и без того узкий, стал затягиваться сильнее. Она быстро поняла – что-то тут не так.

Вскинула на меня глаза и зашипела:

— Немедленно прекратите это!

О! Если бы я мог, моя чарующая ведьма! Я бы прекратил! Увы… я превратился в абсолютного магического кастрата!

И это было ужасно. Потому что еще несколько минут и корсет просто задушил бы её!

Виджин, который всё еще терся рядом, удивленно смотрел на нас.

— Эй, Руд… мне кажется, ты перебарщиваешь! Прекрати!

Да, твою ж ману! Хотел бы я! Мало того, показывать собственное бессилие при этом поганце я вообще не мог! Если о моей проблеме станет известно широким массам – да, пускай даже узким – это значительно уменьшит мои шансы на престол!

— Он не может прекратить! Вы что, не видите! – уже хрипела Джас. – Он просто наглец, нахал! Ревнивец! Да сделайте же что-нибудь! Вы ведь тоже принц? Помогите!

Виждин покачал головой.

— Увы, моя дорогая, против магии Рудэя моя бессильна…

Этот, как сказали бы на родине Джас, сучоныш был прав! Дело в том, что когда-то в стародавние времена, как раз для того, чтобы прекратить раздоры в императорской семье, был принят магический статут. Главным тезисом которого стало непреложное правило: наследники императорского трона, или все, имеющие хоть каплю священной императорской крови, не имеют права использовать магию друг против друга, а также нейтрализовать магию друг друга.