Онлайн книга «Сыграй со мной в любовь»
|
Вообще, на самом деле мне и думать некогда о наших отношениях с мужем – как странно так его называть! Странно, потому что я не чувствую себя женой. Как-то сразу понимаю тех женщин, которых лишили возможность сделать из собственной свадьбы хоть сколько-нибудь значимое событие. Может, кому-то и так сойдет, но видимо точно не мне. Для меня само понятие – свадьба – это некий ритуал. Ритуал перехода из одного состояния в другое. Вот я была просто девушка, сама по себе, ничья, и никому особенно не нужная. А вот я женщина, принадлежащая одному мужчине. Я дала ему право называться моим, и право называться его. Я дарю ему себя в полное распоряжение и так же получаю его для себя. Мы перестаем быть единицами самостоятельными и становимся одним целым. Теперь нет я и он, есть мы. Семья. Да, это очень наивно, я понимаю. Но для меня это было священно что ли. Даже без церковного благословения, венчания – священные узы. Потому что мы не просто сошлись и решили жить вместе, спать вместе. Мы заявили всем окружающим, что мы на законных основаниях стали одним целым. Что мы не боимся никому признаться в том, что мы пара. Что мы отвечаем за все последствия нашего союза. Что мы готовы друг друга поддерживать, друг другу помогать. Я на самом деле очень серьезно отношусь к браку. Именно поэтому для меня тогда стало шоком узнать, что Алексей женат. Я хотела стать его женой. Хотела, что бы ритуал перехода был. Это не значит, что мне нужна была пышная свадьба, с толпой гостей, тамадой и дурацкими развлечениями. Но мне нужно было, чтобы мне задали вопрос, на который бы я ответила «да». И считала бы что я стала его, принадлежу ему. Мне хотелось услышать и его «да» в ответ, и знать, что он мой. Но все получилось иначе. Я понимаю, почему Алексей сделал так. Я его не виню. Не буду заставлять аннулировать брак или требовать развода. По крайней мере пока. Но… Хорошо еще, что видимся мы совсем мало времени. Утром я обычно быстро собираюсь в больницу к маленькому Виталику. Едва успеваю перекусить, и приготовить Пушинке любимую кашу или омлет – скрэмбл, она полюбила именно этот способ приготовления. Мама Алексея, Елена, пытается помочь, но мне проще самой. Со свекровью я, почему-то, тоже не могу найти контакт. Не хочу. Слишком тяжело. Хотя она старается. Хорошо мне только с Полиной. И ей со мной тоже. Из больницы стараюсь приходить как можно позже. Несколько раз в неделю езжу к ученикам – мне лучше, когда я работаю. И дело, естественно, не в заработке, Алексей не дает мне ни на что тратиться. Просто мне есть чем заняться и занять голову. Максим интересуется, готова ли я буду к новым репетициям и выступлениям, сколько мне нужно времени. Увы, положительно я ему ответить не могу. Скорее всего я уеду вместе с мужем и детьми обратно, в Подмосковье, мы будем жить там. Работать в Санкт-Петербурге станет проблематично уже через пару месяцев, так что… — Подумай, Лика. Я готов ждать. — Максим, ты же понимаешь, что… — Понимаю и не понимаю. Зачем зарывать талант? Класть на алтарь чего? Семьи, детей? Прости, но… — Что? — При всем уважении, твой муж, он… — Не надо, Максим… — Дети вырастут. Муж… мало ли что может… ты останешься… — Скажи еще у разбитого корыта! — Именно это и скажу. У разбитого корыта! Вспомнишь мои слова. |