Книга Развод. Я календарь переверну, страница 22 – Элен Блио

Никак. Брачного контракта у нас нет.

Верность я хранить обязывалась только сотруднице ЗАГСа.

Ну, то есть верность супругу хранить, естественно, но обещала я это только в присутствии анекдотичной дамы с халой и кучи гостей на свадьбе.

Даже если меня поймают сейчас на горячем — что с того?

Макара-то поймали первым.

— Аделаида, расслабься, думаешь о какой-то херне!

О херне? О вас думаю, Герман Львович!

— Пусти...те...

Отпускает. Только губы. Зараза.

— Еще скажи, что тебе не понравилось.

— Какого хрена мне это должно понравиться, Крестовский?

Я не вижу его лица, мы в темноте, но я понимаю, что этот гад усмехается.

— Ада...

— Ты что, решил благотворительностью заняться? Показать бабе, которой муж изменил, что она еще ого-го? — перехожу на «ты», ибо «выкать» после того как он вылизывал мои дёсны как-то не комильфо.

— Аделаида!

— Так я и так это знаю, Герман. Ты бы лучше прайс за свои услуги чутка подкорректируй, больно жирно берешь.

— А если я скажу, что для тебя бесплатно?

— Нет уж, дорогой, бесплатный сыр я знаю где. Пусти.

Ага, щаз, Крестовский прижимает меня еще крепче и нагло шарит по моему телу.

Офигел? Просто бред. Что он о себе думает?

— Хорошие сиськи, свои.

— Боже, ты точно придурок.

— Я не обещал быть хорошим.

— Ты обещал, что поможешь. Целовать меня было не обязательно. И трогать.

— Не смог удержаться. Такая женщина.

— Герман Львович, это уже не смешно.

— А я и не смеюсь, Аделаида Александровна. Я очень серьёзен. Я предлагаю тебе не просто помощь.

— Меня больше ничего не интересует, Крестовский.

— Не спеши отказываться, давай попробуем.

— Не буду я ничего с тобой пробовать, пусти.

— Уверена?

— Более чем. Пусти, Герман.

— Мне понравилось.

— А мне нет.

Меня всё-таки отпускают. Отталкиваю наглого адвоката и выскакиваю в коридор.

И буквально нос к носу сталкиваюсь с Тамарой. Зараза.

Адвокат, конечно же выходит следом за мной.

— Аделаида... ой...

— Тамара? Какие-то проблемы? -— смотрб прямо, чуть оправляя платье.

Стеснятся мне нечего. Да, я была за портьерой с адвокатом. Ну? И что?

— Нет, у меня нет проблем, - мило улыбается она.

Вот сука. Нет проблем у неё. Будут.

— Тамара, я хотела узнать, у вас ведь брачный контракт?

Карамель слегка тает, улыбочка чуть сползает.

— Естественно, Аделаида, разве сейчас можно иначе?

Качаю головой — конечно нет.

— Можно. Вот у нас с Макаром, например, контракта нет.

— О... это проблема.

— Не для меня, к счастью. Всего хорошего.

-А... вы уже уезжаете?

— Да, я со всеми попрощалась.

— Но... Макар же остаётся?

Макар! Ахах! Хоть бы для приличия отчество назвала!

— Макар остаётся.

Улыбаюсь и иду в зал за детьми.

— Ада, мы не закончили, - тихо шипит Крестовский.

— Продолжим завтра в офисе. — шиплю в ответ.

— О, я это запомнил, Ада!

Вот же... гандон!

А может... может ну его на фиг все принципы? Взять и переспать с адвокатом?

17.

Наверное, главное переживание любой женщины, имеющей детей при проблемах с мужем и измене — как сказать им?

Стоит ли говорить, если разводиться не собираешься?

Наверное нет.

Дети вообще не должны в этом участвовать.

Ха-ха, три раза! Естественно, они будут участвовать даже в том случае, если развод не светит. Как часто разные стороны начинают тянуть детское одеялко на себя!

«Ваш папа мне изменил, такой сякой, нехороший человек, редиска».