Книга Развод. Я календарь переверну, страница 98 – Элен Блио

Да, меня смущает всё.

И то, что мой адвокат оказался тут, снял виллу, я так понимаю совсем не дешёвую.

Чёрт, я же хотела загуглить, сколько она стоит! Вообще, так-то я приценивалась, но вилла показалась мне совсем не бюджетным вариантом, поэтому отель. Ну и потом, на вилле нет завтраков, уборки... и куда мы вдвоём с Евой на вилле, как-то страшновато даже.

Еще смущает то, что он приставил ко мне свою Викулю.

Да, да, Викуля оказалась подсадной уткой! Блин, двоюродная сестра, развод. которой тоже на совести Германа. И она ведь мне говорила про адвоката?

Говорила! И я еще подумала, что Вика как-то так странно на меня посмотрела! Но у меня даже нигде не зажужжало!

Ай да Герман, ай да сукин сын!

В общем, никогда не связывайтесь с адвокатами. Обведут вокруг пальца, облапошат...

Нет, секс был прекрасен. Но кто бы сомневался?

Мужчины, танцующие танго так как он просто не могут в сексе быть профанами.

С другой стороны, что такое секс?

Просто секс и …

Не сексом единым, ведь да?

НУ, или так... сексом можно заниматься и не привязываясь к человеку.

Или нельзя?

У нас, у женщин, всё сложно.

Вроде бы и можно не привязываясь, без чувств, просто физиология, просто для здоровья, да? Но хочется-то нам всё равно другого!

Хочется, чтобы не просто механика, и не для какого для здоровья. Хочется, чтобы захватило, закружило, понесло, чтобы с ума сходил, задыхался в тебя проваливаясь, чтобы до донышка, до края, до сбитого дыхания, до остановки сердца.

Любви хочется, а не секса. Любви.

И плевать, что уже напоролась с этой любовью на предательство.

Плевать, что разбита вдребезги, в хлам.

Плевать, что сама себе клялась больше в эти игры не играть.

На всё плевать.

Любить хочется, и быть любимой.

— Ада.

— Не надо, Герман...

— Надо.

— Пожалуйста...

— Тише, всё... всё... Иди ко мне.

И я иду. Раскрываюсь, расслабляюсь, стараюсь не думать, выкинуть из головы все мысли.

Подумаю потом, когда-нибудь. В другой жизни.

В этой я уже так накосячила, что от одного раза хуже не будет.

Хорошо мне с ним. Очень хорошо.

И я готова на всё.

Когда он вот так со мной.

Когда это реально уносит за грань.

Так хорошо, так чертовски хорошо!

Быть распластанной под ним, ощущать тяжесть тела, силу, аромат, то, как его сердце гулко колотится. То, как его тоже размазывает от чувств и эмоций.

— Ада... Моя...

Его, да. Его.

Смиряюсь. Наслаждаюсь.

Хочу.

И замуж за него пойду.

— Да, Герман... да...

— Ада...

— Да, пожалуйста!

Прыгаю со скалы и лечу, выше, выше, выше. С ним. Прижимая к себе потное тело, сама вся мокрая и... такая счастливая!

Это же не просто так, да? Никакая это не физиология. Не просто пар выпустить.

Это...

— Я люблю тебя, Ада.

Любовь.

— Выйдешь за меня?

Вовремя спросил. Мозги как желе. На всё согласна.

Плевать на романтику, одно колено, кольцо, руку и сердце. Если у нас в постели всё будет вот так - на всё плевать.

Ко всему готова.

И на двоих детей еще готова. Не знаю, правда, как... Боже, когда твоему ребёнку уже шестнадцать ты как-то совсем забываешь про подгузники, пелёнки, соски, распашонки.

Это всё, опять? Мамочки, зачем?

С другой стороны - есть няни, какие-то функции можно отдать им, да?

Я ведь теперь при ответственной должности, руководитель я.

Ох, какие няни? Разве можно свою кровиночку доверить няне?