Книга Ешь. Молись. Разводись, страница 56 – Элен Блио

Вот. Теперь понимаю. И узнаю.

Второй акт сначала смотрю как в тумане, но потом Чайковский и Петипа побеждают. А помогает им в этом некто Северов, шепчущий нагло мне на ухо — наслаждайся, забей на всё. Я забиваю и наслаждаюсь.

Сразу после спектакля, поаплодировав и покричав «браво» сколько нужно мы, игнорируя стоящих в проходе бывшего и его любовницу спешим к выходу.

Правда, я не представляю, что будет дальше.

В себя прихожу совсем не в ресторане, а всё на той же крыше. Правда там накрыт стол, в ведерке стоит бутылочка «просекко». Но я же не могу! Я…

— Мила, давай поговорим спокойно.

— О чём?

— О моей жене.

Интересно, и с чего бы это мне хотеть о ней говорить?

— Ты хотела замуж, Мил?

— Странный вопрос. Прости, я…

— Обычный вопрос. Слушай, нам действительно надо поговорить.

— Нам надо сказать друг другу «прощай» и разбежаться, Арс. Всё.

— Один разговор. Милана.

Смотрю на неё, стараясь сдерживать эмоции, который у меня слишком много для Севера.

Севером меня называли всю мою жизнь, сколько себя помню. И отца тоже звали Севером, и деда. Переходящее красное знамя нашего семейства. А как еще называть человека по фамилии Северов?

Логично — Север.

И характеры у нас были нордические, стойкие, под стать.

Мама часто батю обвиняла в бесчувственности, он только плечами пожимал — сама его выбрала такого. Бабушка с дедом не воевала — привыкла, всегда наоборот говорила, хорошо, мол, что спокойный, выдержанный.

Меня тоже многие дамы упрекали. Многие.

Меня это удивляло. Зачем вы со мной, если вам не нравится во мне отсутствие эмоций и холодность?

Конечно, им всем хотелось меня расшевелить, разогреть, некоторые специально устраивали какие-то представления, спектакли целые разыгрывали, пытаясь вызвать ревность, злость.

Кстати, сейчас, глада на Милану думаю, что она как раз не пыталась развести меня на эмоции, но у неё это получалось независимо от моего желания.

Вот так.

— Арс, что ты от меня хочешь?

— Поговорить.

— Почему спрашиваешь о замужестве?

— Это важно. Ты мечтала о браке? Ну, там, белое платье, торт трехъярусный, лимузин, тамада, голуби?

— О тамаде я точно не мечтала. — Милана улыбается, потом смеется, — моя подруга мечтала о свадьбе на теплоходе, ну вот, знаешь, кораблики по Москва-реке плавают.

— Не представляешь, но знаю. У нас они по Неве тоже плавают, и по Мойке и по Фонтанке.

— Я в курсе.

— Кстати, покатаемся?

— Арс… — она смотрит на меня качая головой.

Осуждающе.

Чёрт, где я нагрешил? Почему я сейчас должен оправдываться?

— И что подруга?

— Какая подруга?

— Которая хотела на теплоходике?

— А… — Мила улыбается, чуть расслабляется, — там реально забавная история. Есть такой поэт известный, Гаркуша, может ты знаешь? Он, как бы сказать — широко известный в узких кругах.

— Не знаю, но погуглю.

— Не стоит, не важно. В общем, у подруги мама общалась с этим Гаркушей, она вообще была, ну, скажем так вхожа в мир столичной богемы, шоубиза и прочих. И вот этот Гаркуша устроил свадьбу на теплоходе. Мама подруги была приглашена и подруга тоже. И так её «зашла» вся эта тема — красиво!

— Кстати, да, красиво.

Идея, конечно, дурацкая, особенно если у невесты морская болезнь, да и у половины гостей тоже. Хотя сейчас всем таблеточки раздают и окей. Не знаю, совместимы ли они с алкоголем только.