Книга Ешь. Молись. Разводись, страница 78 – Элен Блио

Дорога даётся нелегко.

Не потому, что за рулём.

Воспоминания.

Тверь, поворот к ресторану, дальше место, где мы останавливались и где пробило колесо. Я буквально вспоминаю о чём мы говорили с Арсом проезжая то или иное место.

Тяжело.

В отеле сразу прошу у детей дать мне отдых. Еду заказываем в номер. Я иду в ванную, ложусь.

«Как ты? Думаю о тебе. Милана. Я постоянно о тебе думаю. Хочу услышать твой голос. Можно я позвоню?»

Выключаю телефон.

Не надо, пожалуйста! Не надо.

Проваливаюсь в сон.

Утро меня будят дети — пора на завтрак.

Есть не хочется, но надо сходить с ними.

Нажимаю кнопку кофемашины. В ресторане отеля суета, народу много. Мои детки сами себе уже всё взяли, поссорились из-за того, где сидеть, выбрали место. Никита снова в телефоне, Марго жуёт тост.

Надо тоже что-то пожевать. Еще написать Жене, я говорила, что приеду, она звала в гости на дачу.

Нужно еще составить план отдыха. Дети хотели покататься на кораблике.

Новое сообщение.

«Прости, вчера был не прав. Но я по-прежнему хочу тебя слышать. И видеть».

И я хочу. Но я не буду ему звонить. Я не могу.

А вдруг мы пересечёмся случайно?

Да, Питер огромный город, но все туристические тропки известны, правда, Арс не ходит по этим тропкам. Или ходит?

И что делать, если мы встретимся, а я буду с детьми?

Зачем я вообще поехала в Питер? Можно было бы предложить другой город, например Калининград? Там красиво.

Я специально повезла детей в Питер.

Я надеюсь на встречу с ним.

Я хочу этой встречи!

Проходит четыре дня. Мы были в Эрмитаже и Русском музее, мы гуляли по Невскому, вы заходили есть пышки, которые понравились Марго и не понравились Никите, мы гуляли по набережным, прошли мимо того самого дома с крышей. Да, я смотрела на крышу. Ничего не видно. А что я надеялась увидеть? Арсения с другой женщиной?

— Мам, а на кораблике?

— Поедем, конечно. Завтра.

— Хорошо, а домой когда?

— У нас еще три дня, всё успеем.

Три дня. И с Женей надо встретиться. Кунсткамеру я тоже им обещала.

На самом деле детям, как и мне нравится просто ходить. И есть в разных заведениях. Вот и весь «их» Питер.

А мой Питер пишет мне сообщения.

И я опять не отвечаю.

Хотя мне очень хочется.

«Трусиха».

Да. Он прав. Я трусиха.

Думаю об этом, глядя прямо в его уставшие и такие родные глаза.

— Спрашивать, как ты меня нашёл бессмысленно?

Усмехается, протягивая мне стаканчик кофе.

— Раф, твой любимый.

— Разве я люблю раф?

— Конечно любишь.

Он не о рафе говорит. И я не о нём. Вернее, я о нём.

О нём.

Запуталась.

Боже, как хорошо, что я отправила детей кататься на кораблике одних!

Как же хорошо!

Арсений ведь не случайно меня тут поймал?

Следил?

Ждал, когда я останусь одна, без детей?

— И всё-таки? Как ты меня нашёл?

— Честно? Случайно. Увидел, как ты паркуешься у «Октября» вчера. Ты не слышала, как там дико сигналили какому-то идиоту, который сначала раскорячился посреди Лиговского, а потом повернул через две сплошные?

— Штраф заработал? Или это лишение?

— Мне повезло, камер не было, а на сотрудниках ДПС наши доблестные власти немного экономят.

— Ясно, значит государство за тебя недополучило.

— Не бойся, я приношу в казну немало. Плачу налоги, работаю «в белую».

— Я рада. В гостинице у тебя тоже знакомые?

— Увы, пришлось дать взятку девушке администратору.