Книга Развод. Ты пожалеешь, страница 20 – Элен Блио

— Да мне плевать!

— Нет, подожди! Что значит плевать? Он просто трахнул доступное тело. Молодое. Наглое. Наверняка она сама его соблазняла, специально терлась рядом, наряды секси-шмекси, пуговки расстегнутые, томный взгляд. Еще вот это они очень любят – «ах, Стас Игоревич… он же Игоревич? Вы такой классный, такой умный, вы самый лучший»… Мы, мужики, на лесть падки больше, чем на размер груди и задницы! Нам надо в уши лить, какие мы охуенные. И мы сразу теряем бдительность.

Арту говорил это с улыбочкой, а у меня прямо к горлу подкатывала тошнота. То есть всё вот так просто? Какая-то молодая тварь говорит мужику, который женат, в отношениях, хороший семьянин, любящий свою жену, что он охуенный, и он сразу готов свой член пристроить?

Просто пиздец.

Нет слов у меня.

Какая мерзость.

Мне еще сильнее захотелось развода. Немедленно. И чтобы больше никакого члена рядом. Никакого мужа. Никакой любви.

Любить я могу себя и детей. И маму с папой.

А трахаться для здоровья – этого добра найти не так сложно.

Тот же Артур.

Смотрю на старинного друга и понимаю – нет. Я не смогу.

По крайней мере не сейчас.

— Артур, прости, я понимаю всё, о чём ты говоришь, но… давай ближе к делу. Я хочу развод и раздел имущества. Так, чтобы Тихонову пришлось пострадать.

— Твоё имущество тоже будет делиться, ты готова?

— Я готова ко всему. Я хочу его растоптать, понимаешь.

— Понимаю. Страшная ты женщина, Мария, хоть и красавица.

— Да, я такая. Я никого не готова жалеть.

Беру бокал, жадно глотаю ледяную жидкость с пузырьками, которые тут же ударяют в нос.

Ненавижу Стаса. Ненавижу его сучку. Ненавижу. И прощения не будет никому! Они у меня еще пожалеют!

Возвращаюсь домой, и открыв дверь понимаю – меня ждёт еще одна битва.

— Маша, ты с ума сошла?

Тихонов в бешенстве.

Интересно, что так?

— Тебе нельзя нервничать, дорогой, снова давление поднимется.

— Ты…

— Рот закрой сразу. Тут дети. И учти, всё что скажешь – будет использовано против тебя в суде, понял?

Достаю телефон, включаю запись, сую Стасу прямо в морду.

— Мам, какой суд? – Варвара выглядывает из гостиной.

Твою мать!

Я так и знала!

Ну почему я вышла замуж за такого гондона?

Почему я столько лет была уверена, что мой муж – умный мужчина?

Где я допустила ошибку?

Не стоило вообще замуж выходить, наверное.

— Малыш, это… это по работе. Ничего страшного.

— Ничего страшного, пап, да? – это выходит Кира, и выражение её лица мне совсем не нравится.

— Да, милая.

— А почему тогда твоя секретарша постит фото из больницы, где ты лежал? И подписи такие… странные?

Блядь…

Я её убью!

И его тоже!

Вижу, как лицо мужа покрывается алыми пятнами.

— Что ты имеешь в виду? Покажи!

— Посмотри статус в «телеге», у тебя же есть её номер?

Первая мысль, обратить всё в шутку, сказать, что это ерунда, папа к этому не имеет отношения, а его секретутка просто сошла с ума.

Но я понимаю, что это не выход. И уже поздно.

— Я… я не знаю, это… просто ерунда какая-то… - мямлит Тихонов, а я еще больше бешусь.

Ерунда, да? Конечно! Сломанная жизнь моя и детей – ерунда! Фигня просто на постном масле.

Ненавижу.

Градус моей ненависти растёт в геометрической прогрессии.

— Кира, Варя, давайте пройдём в столовую. Поговорим.

— Маша!

Смотрю в глаза мужа и реально не понимаю – он всегда был такой тряпкой?