Книга Развод. Ты пожалеешь, страница 91 – Элен Блио

Не понимаю сначала, что повторяю это слово вслух.

— Мой, мой, мой…

— Да, сучка, да… да…И ты моя, поняла, сука, моя… моя…

Это сумасшествие, безумие натуральное. Мы ненавидим друг друга с такой страстью, что этот секс похож на борьбу. Яростный, дикий, опасный. Охуенный.

Я взрываюсь оргазмом как-то неожиданно и быстро, но я не готова остановиться, мне надо еще, еще. Насытиться им на годы вперед, чтобы потом вспоминать. Ласкать себя под одеялом, под покровом ночи, с другими в постели вспоминать.

Его.

Единственного. Любимого. Ненавистного.

— Ублюдок, еще давай, жёстче, еще…

— Даю, даю… сожми его, блядь, сожми, сильнее.

Напрягаю внутренние мышцы, сама напрягаюсь, зубы сжимая, ору, изливаясь, сама не понимая, что происходит со мной, но это так нереально, что я задыхаюсь от кайфа.

— Блядь… ты сквиртуешь, Машка, ты… Блядь…

Он двигается быстрее, сильнее, яростнее, я уже ни хрена не соображаю, но насаживаюсь на него со стоном, кричу, сжимаю, пока не чувствую горячую сперму и не слышу его удовлетворенный рык.

Кончил. В меня. Вот же гандон! Без презерватива. Урод моральный. Мне теперь таблетку пить, или ждать, авось пронесет? Или не ждать? Родить ему сына, и хрен он куда денется? Будет вечно со мной, как и я с ним. Мой крест.

Еле дышу.

Шевелится не могу. Просто не могу и не хочу. И мозги не шевелятся, думать больно. Спать. Хоть на минуту.

Закрываю глаза, я в неге, в блаженстве. Отъебитесь все от меня, я Скарлетт, обо всем буду думать завтра. Или никогда, как все остальные героини.

Насрать на всё.

Вот так.

Не знаю, сколько времени проходит. Стас лежит под боком, обнимает, вжимает меня в себя.

Надо выбраться из его мерзких рук. Не могу. На фиг. Мне хорошо в этих мерзких руках. И плевать на то, что он изменник, предатель и гандон. Мудак.

Мой мудак, хотя бы на эти пару минут.

А дальше – хоть трава не расти.

Я получила всё, что хотела. Пока.

Пристраиваюсь на его груди, вздыхаю.

— Значит, ты это сделала для себя, Маш?

— Что?

— Всё вот это?

— Что всё вот это?

— Притворилась умирающей. Сука. Развела меня с Викусей. Душу всю мне вытрепала, да? У меня же сердце стало шалить… знаешь?

— Так тебе и надо, гандон.

— Сама ты… сучка.

— Отстань, дай отдохнуть.

— Отдыхай. Завтра в ЗАГС пойдем.

— На хрена?

— Заявление подавать, тварь. Женюсь на тебе. И попробуй, сука, сказать, что ты за меня не выйдешь.

Молчу.

Я молчу.

Я…выйду.

Мурлыкаю удовлетворённо, как кошка. Мне хорошо. Как же мне хорошо!

И пусть попробует еще мне изменить, или посмотреть хотя бы на какую-то шалаву малолетнюю. Кастрирую.

— Поехали, Маш, давай, быстрее.

— Да что за спешка? Стас?

— Давай вот без этого, одевайся!

— Раскомандовался!

— Да! Командовать теперь я буду, поняла?

— Ах-ах! – глаза закатывает.

Дрянь такая, ишь! Зараза!

Ухмыляюсь.

Нет уж, хватит. Теперь снова я хозяин в доме, всё по-моему будет. Наверное.

Нет, ну, в разумных пределах, конечно. Иногда можно и этой звезде дать покомандовать. И даже в постели.

Как вчера. Жарко было. Да. Сначала я её хорошенько оттрахал. Так, как давно хотел. Жадно, даже грубо. Но ей зашло. Это я прекрасно понял, считал всё ее удовольствие.

Машка моя вообще всегда секс любила. Этим в том числе меня хорошо держала.

Мужики же в основном на что жалуются? На пресловутую головную боль. Вот, вроде, живёшь ты с девушкой, всё у вас хорошо, на одной волне. По молодости секса много, обоим это по кайфу, девчонку постепенно под себя раскрепощаешь, она и сама рада познавать все грани удовольствий. Ну, это в идеале.