Книга Куплю свое счастье, страница 123 – Элен Блио

— Прости. – реально стыдно!

— Да ладно, чего уж! Зато будет что вспомнить. И чем Вишневского подкалывать.

— Не надо его подкалывать.

— Я по-дружески.

— По-дружески бы ты вернулся к нему на работу! И я была бы спокойна и за него, и за себя и… за детей?

— За детей? – Павел хитро смотрит, - а что, уже и дети намечаются? Вот вы быстрые!

Хочется ответить, но в горле ком. Если бы!

Наливаю кофе, добавляю сахар и порционные сливки – они всегда лежат в холодильнике – кофеманы меня поймут. Хоть я и люблю черный, но иногда хочется немного смягчить пилюлю.

Мы выпиваем по чашке кофе, потом я иду собирать вещи, Павел остается на кухне, опять кого-то вызванивает, что-то выясняет.

Приходит примерно минут через сорок.

— Ну, что, я все выяснил!

— Не «нукай» - не Стрелец! Ой… - сама смеюсь, прикрывая рот ладошкой. – Извини, это у нас теперь… семейная поговорка.

— Я понял. В любви вы признаетесь на моей груди, сочиняете поговорки про меня. Вам осталось меня усыновить.

— Мы подумаем.

Почему бы и нет? Своих детей не будет, а тут уже такой взрослый, состоявшийся «деть»…

— Рассказываю. Твой бывший это все организовал. Явно имеет зуб на Вишневского, - еще бы! – я так понял, что он к нему приходил, рассказал, что ты скрываешь правду о ребенке. Потребовал денег за информацию. Роман ему деньги перевел, а потом платеж отозвал. Там какая-то очень простая, но хитрая схемка. А Гена твой, крокодил…

— Он не мой, - перебиваю, потому что реально он не мой!

— Ну, извини. Не твой крокодил обещал Роману еще и опеку на тебя натравить. Как я понимаю – было дело, да?

Киваю – было! И… в общем, даже хорошо, что было, потому что…

Иначе я бы не переехала к Роме и…

Нет, все равно бы переехала. Вишневский бы что-нибудь придумал!

— Роман хотел Геннадия посильнее прижать. Мне ребята рассказали, с которыми я раньше работал, что получили установки. Но Гене удалось как-то на дно залечь. Смылся он куда-то. А сегодня вот, всплыл.

Да уж, очень точное определение для таких людей как Гена. Он смывается, всплывает и… не тонет… увы!

— Не бойся, мы и не таких топили. – у них это что, с Илоной, семейное? Мысли мои читать? Хотя, они же еще не семья?

— Гена еще тогда связался с ушлой бабенкой из СМИ. Они как раз готовили сюжеты о том, как ты пыталась ребенка продать.

— Я не пыталась.

— Я в курсе. Но новость слишком уж жареная. От таких не отказываются. Счастье, что Илона от подруги все узнала. Я кое-что успел загасить. В общем, почти все. Но сама эта журналисточка оказалась мерзкой бабенкой. Вроде бы согласилась на наши условия, бабки взяла, но…

Мой телефон снова вибрирует.

Мама?

Ох, со всей этой суматохой я совсем забыла о моих родителях! Я ведь раньше звонила им каждый день! А сейчас… Дня три точно не разговаривала с ними.

— Алло, да мамуль?

— Ася, что случилось? Кому ты хочешь продать ребенка?

Занавес!

Дайте мне крокодила Гену, я его сама убью!

Впервые за все время, что я летаю бизнес-джетами я не работаю на борту.

Честно говоря, хочется просто завалиться на кровать и вырубиться, потому что последние дни было как-то сложно.

Но… спальня занята. Там Феликс и сопровождающие его врачи. Хорошо, что не пришлось нанимать специальный самолет, состояние брата уже не так критично. Правда из аэропорта его все-таки повезут в клинику, а не домой.