Книга Куплю свое счастье, страница 5 – Элен Блио

Вот разве подумал он о том, что тут с коляской не проедешь?

— Мужчина, вы издеваетесь надо мной, что ли? Машину уберите! Вы что, глухонемой?

— Это дом сорок восемь, корпус один?

Он издевается что ли?

— Да.

Красавчик щурится, смотрит на выезд, который загородил. Конечно, машину ему убирать некуда, наш двор заставлен, но свои обычно тут не паркуются – знают, что у нас много мамочек с колясками, которые могут запросто колеса спустить или зеркало свернуть. Да-да, есть такие «яжматери». Я к ни не отношусь, портить имущество не собираюсь, хотя хочется…

Смотрю на незнакомца, который подходит ко мне.

— Я вам помогу. Отойдите.

— Что?

Не успеваю ничего сделать, он берет коляску поднимает, и ставит на дорогу, минуя бордюр.

И все бы ничего, но вот только у коляски отваливается колесо…

РОМАН.

Я смотрю на бледную девушку с коляской, которая отчитывает меня, не слишком хорошо соображая, что она говорит и что ей нужно.

Во-первых, я вообще не очень-то привык общаться с незнакомыми людьми вот так на улице.

Я в принципе не появлялся в местах, подобных этому.

Не то, чтобы я был сноб.

Хотя, нет, именно то.

Я сноб.

Эта девчонка всем видом вызывает у меня неприязнь. Несуразная, нелепая.

Я не придавал значения тому, во что были одеты люди, находящиеся рядом со мной обычно. Но именно потому, что те, кто был рядом со мной как раз всегда выглядели идеально.

Другого бы я не потерпел.

Почему нельзя выйти на прогулку с ребенком и выглядеть красиво? Она ведь все-таки женщина?

Я вообще не терплю некрасивых женщин.

Но при этом я же всегда говорил и говорю, что некрасивых женщин нет. Красивые все. Им просто нужно научиться себя подать.

Я видел, как обыкновенных невзрачных серых мышек стилисты превращали в красавиц.

Индустрия красоты вообще меня привлекала, недаром, наравне с инвестиционным бизнесом, и бизнесом, связанным с ресурсами, я открыл направление, связанное с модой и стилем.

Модный дом, школу моделей. Реальных моделей, а не тех, кто промышляет сомнительными делами.

Оглядываю эту замухрышку, оцениваю ее, в принципе, вполне аппетитную фигурку. Да, роста ей не хватает, но… зато какой необыкновенный цвет волос, и тон кожи! Именно такая называется фарфоровой. На ней всегда отчетливо виден румянец. Вот и сейчас она злится, и щечки становятся пунцовыми.

А она милая малышка, если снять ее этот нелепый балахон, стянуть узкие брючки…

Чёрт, о чем я думаю!

И вообще, зачем я тут завис с ней? Мне нужно разобраться с важным делом, и противная блондинка вообще ни разу мне не сдалась!

Надеюсь, я приехал по нужному адресу. Правда, Бог его знает, что мне делать.

Пойти прямо к этой Анастасии Львовне? И что я ей скажу?

— Эй, вы глухонемой?

Какого она ко мне прицепилась?

Кстати, она с коляской! Может общается с другими мамашками и знает эту госпожу Романову?

— Это дом сорок восемь корпус один?

— Да.

Я понимаю, наконец, что ей от меня надо. После перелета, после стольких часов, проведенных в больнице, после всех проблем что на меня свалились я реально невероятно туплю.

Мой водитель загородил съезд коляске.

Черт.

Она в другом месте проехать не может?

Вздыхаю, потому что, понимаю, что эта девица так и будет стоять. Немым укором.

Нет, не хочу спрашивать у нее знакома ли она с бывшей пассией моего брата. Не нужно лишних ушей и глаз! Надо как-то быстро убрать ее с дороги.