Онлайн книга «Куплю свое счастье»
|
— Увы, я теперь неизбежен. Как рост курса доллара. Завтра поговорим. Мы с Илоной выходим. Идем по дорожке. Я оборачиваюсь, и вижу как к кафе подходят те самые в форме. Обломинго, товарищи! — Слушай, неужели она была с Феликсом? — Тебя тоже удивляет? — Ну, да… — Без «ну», Илона, без «ну»… Да уж. Ася, Ася… теперь придется предложить тебе не десять миллионов, а пять. И… что ты там говорила насчет мужа? Реально есть муж? Пожалуй, стоит натравить на нее Павла, более душевно. Или не Павла? АСЯ. Меня всю трясет. Дура, просто дура! Почему я решила, что с таким как этот Роман Вишневский все прокатит? Владимир Владимирович сидит на моей кухне, прихлебывает остывший уже кофе, тоже недоволен, сокрушается. — Да, Асенька, втянул я тебя… Но я уверен был, что все будет тип-топ! Не сообразил, что этот... окажется таким прошаренным, что он все-таки… извернется. — Это я виновата, Владимир Владимирович… — Да что ты меня, по отчеству? Слушать тошно… как деда старого. Зови просто, Володя… — Мне неудобно. — Неудобно сама знаешь что. — Что? – удивленно вскидываю брови, и тут же краснею, понимая, что он имеет в виду просто тупую шутку. — Спать на потолке, вот что. Плесни горяченького что ли? Ой… прости… я ж отвлекаю, наверное. Ты с дитем, а я… — Не отвлекаете. Молчу о том, что отменила сегодня двух учеников, и мимо меня прошли три тысячи рублей. Это так, к слову. Владимиру Владимировичу об этом знать не обязательно. Он ведь на самом деле хотел помочь. Смотрю на него и вспоминаю нашу с Левой свадьбу. Помпезного ничего не было, конечно, но был ресторан, красивое платье, и тамада. Левин друг был тамадой, он - Владимир Владимирович Утин. Это не шутка! Его реально так зовут! И он всегда ухмыляется, когда кто-то спрашивает – как с таким именем, отчеством, да еще и с фамилией живется? — Хорошо живется. Я же, так сказать, из простых. Мент. Как любят у нас говорить. А с таким ФИО меня, как ни странно опасаются и свои и… чужие. Обидеть Владимира Владимировича Утина – это, знаете ли, не смешно. А вдруг я не спроста такой вот… ВВУ? Почти ВВП? Ну и… в любой момент же могу устроить скандал, мол, притесняют меня, потому что… Утин! Он веселый, простой мужик, человек дела и слова. Если он обязался помочь, значит поможет. Только мне, как всегда, просить стыдно. Поэтому я ничего не рассказываю ему про Гену и про то, что он у меня деньги забрал. Неудобно. Неловко. Я ведь, получается, за Гену вышла через полгода после смерти Льва. Была уверена, что друзья его меня не поймут. Не потому, что обязана всю жизнь страдать и помнить, но… хотя бы год? Господи… Варю Владимиру новую порцию кофе и думаю. Мне всего тридцать два. А сколько я уже ошибок наделала в жизни? Много. Увы, очень много. И как разгребать? Разливаю кофе по чашкам, ставлю на стол. Добавляю молоко, сахар. Достаю новую порцию печенья – мы сами с Маруськой печем, домашнее, выходит дешевле чем покупать, да и пока на кухне возимся – о многом поговорить успеваем. — Ух ты, вкусно! Помню, мать такое пекла. Через мясорубку тесто прокручивала. — Да, и мы так же… — Ась, давай сядь, и рассказывай, как докатилась до жизни такой? — Какой? — Такой, что у тебя олигархи детей покупают? — Не знаю… Хочется реветь, но понимаю, что нельзя. Не стоит Владимира Владимировича в неловкое положение ставить. Он начнет успокаивать, снова будет чувствовать себя обязанным. |