Книга Разреши любить, страница 109 – Анна Джейн

— И гости через одного: депутаты, бизнесмены, чиновники. Даже прокурор был, - хмыкнул Вальзер. - Все меня уважают. Только завелась одна крыса, которая...

Тут он замолчал. Решил недоговаривать, а я не стала спрашивать. Если не хочет говорить - не скажет.

— Ты надела мой подарок, - заметил Вальзер.

Я перевела взгляд на руку, лежащую на коленях - на указательном пальце действительно мягко сияло украшение, подаренное им вчера.

— Кольцо очень красивое. Все спрашивали, кто его подарил, - попыталась улыбнуться я.

Вальзер подался вперед и вдруг взял меня за руку. Пальцы у него были жесткие, словно обтёсанные наждачной бумагой. Алкоголь делал его сентиментальным.

-Ты меня прости, дочка, если что не так делал. Кроме тебя у меня родной крови нет. Только ты и я остались, - произнес Вальзер.

Я едва слышно вздохнула. Ох, ты не прав. Совсем не прав. Нет у тебя родной крови. Ты один.

— За все дни рождения, что ты провела одна - прости. Не со зла я. Ты же знаешь, не со зла.

— Да, пап, знаю, - прошептала я, почему-то чувствуя, как к глазам подступают слезы. - Все хорошо.

Сказала бы так настоящая Влада? Простила бы отца или нет?

— Жаль, что прошлого не воротить. - Вальзер устало закрыл глаза.

Я думала, он откроет их и скажет что-то еще, но он уснул, так и сидя в кресле гостиной моего номера, пока за стеной прятался Игнат. Я подождала минут десять, прежде чем встать. Вальзер так и не просыпался, и я, осторожно ступая, пошла к Игнату. Выпущу, пока его не заметили. Только вот идти в гардеробную было страшно. Чтобы вновь лицом к лицу встретиться со своим прошлым, мне нужно было открыть лишь одну дверь. Но я никак не решалась сделать этого. Просто застыла перед этой самой дверью, пытаясь совладать со страхом. И вздрогнула, когда дверь распахнулась сама.

Передо мной снова стоял Игнат. Я видела, как в полутьме блестят его глаза. С безудержной силой меня потянуло к нему - вновь захотелось совершить ту же ошибку, и обнять со спины, как когда-то раньше. Почувствовать тепло родного человека. Вдохнуть его запах. Но я держала себя в руках. Больше не сорвусь.

— Отец уснул, уходи, - прошептала я.

— Идем со мной вместе, - тихо ответил он и протянул руку.

Мне хотелось коснуться его пальцев, но я не позволила себе такой роскоши.

— Уходи, сказала же, уходи.

Игнат стоял и смотрел на меня - все так же с протянутой рукой, словно надеялся, что я все-таки возьму ее. И тогда я решилась. Схватила его за запястье и потянула за собой к двери. Нужно вывести его из номера, пока есть возможность! Игнат не стал сопротивляться - послушно пошел

следом.

— Только тихо, - предупредила его я, стараясь двигаться бесшумно.

Мы смогли выбраться из номера, и я осторожно прикрыла дверь. Затем огляделась и, не отпуская руку Игната, пошла по тихому коридору, распахнула одну из дверей в его конце, и мы оказались на прохладной лестнице. Камер здесь не было, и мы могли поговорить с Игнатом наедине. Сердце при этом отчаянно билось о ребра. Я должна играть роль высокомерной Влады до самого конца. Прости, мой мальчик. Прости за всю ту боль, которую я тебе причинила.

Руку Игната все-таки пришлось отпустить, хотя делать мне этого не хотелось. Я подошла к стене и скрестила руки на груди.

— Не знаю, что ты от меня хочешь. И не знаю, сколько раз нужно повторить, как ты мне противен. Но знаю одно - никогда больше так не делай.