Книга Запрети любить, страница 145 – Анна Джейн

— Не похож, да? Я долгое время был изгоем, со мной никто не хотел дружить. Меня обходили стороной. Во-первых, я был толстым и неуклюжим, от меня не было толка в играх. Футбол, волейбол, баскетбол — я всегда проигрывал, потому что хуже всех бегал. Во-вторых, был слишком забитым, не умел давать отпор и плакал, вместо того, чтобы драться. В младшей школе я был кем-то вроде местного изгоя. Способом для самоутверждения. Пацаны меня особо не били — думаю, из-за отца. Но издевались мимоходом. Тут был весь набор: от унизительных кличек типа мистер Свинья до нежелания брать меня в свою команду на физкультуре. Я был тем ребенком, который оставался один и под презрительный взгляд учителя физры уходил на скамейку.

— Ох, — с сочувствием вздохнула я. — Я и не знала. Тебе было тяжело, Сереж?

— Порою да, — кивнул он.

Голос Сержа был ровным, в нем не было ни капли сожаления или боли. Он рассказывал историю своего детства так спокойно, как может рассказывать уверенный человек, принявший себя любого. Но вот мне стало не по себе. Сложно было осознавать, что детство этого парня — действительно эффектного и красивого — прошло таким образом. Но при этом я чувствовала гордость, ведь он не сломался. Более того, стал таким крутым.

— Но мне повезло. У меня был настоящий друг — Игнат. Ты же знаешь, что наши отцы знакомы, и мы с ним общались с детства. Правда, не так уж часто, ибо жили на разных концах города и учились в разных школах. Мы виделись несколько раз в месяц на выходных и играли с утра до ночи. — На губах Сержа появилась полуулыбка — видимо, такими ценными были для него те детские воспоминания. — Я никогда не жаловался ему. Боялся, что мой единственный друг откажется от меня, узнав, как ко мне относятся одноклассники. И я молчал. Но однажды на мой день рождения мы пошли в торговый центр, и в кинотеатре встретили нескольких пацанов из класса, которые увидели меня и начали кричать что-то вроде: «Смотрите, мистер Свинья пришел!» И ржать. Я думал, Игнат разочаруется во мне, а он подбежал к ним, позвал в туалет и там стал их бить. Видишь ли, Игнат занимался боксом. А удар у него уже тогда был хорошо поставлен. Взрослым мужикам в туалете пришлось его успокаивать. — Серж откинулся на мягкое кресло и рассмеялся. — Скандал был, конечно, громкий. Костя наказал Игната за драку, но я набрался смелости, пришел к нему и сказал, что Игнат ни в чем не виноват. И что он защищал меня. Костя подумал-подумал и частично отменил наказание. А потом мы стали учиться вместе — меня перевел отец.

Я слушала рассказ Сержа с интересом — во-первых, мне было любопытном узнавать о нем, а во-вторых, удивил Игнат. Он напомнил мне того самого Игната, который защитил и меня. И мое сердце опутала дымка нежности, которую я так избегала.

— С того момента мы были всегда вместе. Даже в Лондон нас отправили вдвоем, — продолжал Серж. — И мы вместе оттуда свалили.

— А как ты так прокачался? — осторожно спросила я и кивнула на экран телефона. — Как из этого забитого мальчика стал самим собой?

— Ну, это был долгий путь, — пожал плечами Серж. — Я тяжело заболел воспалением легких, полгода лечился и лежал в больнице. Вернулся очень похудевшим. Мама к тому же отвела меня к психотерапевту, и он учил меня принимать себя таким, какой я есть. И к диетологу тоже — нужно было научиться питаться правильно. Ну а потом меня даже отправили на танцы — помнишь, я тебе говорил? Игнат пошел со мной за компанию, потому что мне не хотелось одному. Было забавно. Сначала мы оба злились, а потом нам понравилось танцевать.