Книга Запрети любить, страница 35 – Анна Джейн

— Здравствуй, Ярослава, — сказал он. — Рад встрече.

— Здравствуйте, взаимно, — смущенно ответила я.

Надо же, знает мое имя…

— Я бы никогда не подумал, что у тебя есть такая взрослая дочь, Лена, — с восхищением продолжал лон. — Ярослава очень похожа на тебя. Такая же красивая.

Мама рассмеялась — его слова явно понравились ей.

— Милая, это Константин Михайлович, мой будущий супруг и… И твой отчим, — сказала мама и посмотрела на мужчину словно ожидая подтверждения своих слов.

— Можно просто Костя, — сказал он мне и кивнул на стол. — Присаживайтесь, дамы. Скоро подадут ужин. И мой сын должен приехать — опаздывает, как всегда, наглец.

Он по-джентльменски отодвинул стул — сначала для меня, потом для мамы. Надо же, какие хорошие манеры.

Когда мы расположились за большим круглым столом, сервированным на четырех человек, Костя сказал:

— Ярослава, я взял на себя смелость сделать заказ. Ты не против?

Я покачала головой.

— Нет, конечно.

— Отлично! Я действительно рад увидеть тебя, наконец. Твоя мать очень любит тебя, — продолжал Костя довольным голосом. — И много о тебе говорила. Ты учишься на журфаке?

— Да, на журфаке.

— Отличница?

Я осторожно кивнула. Я действительно училась на отлично в университете, хотя в школе не гналась за оценками. Просто мне нравились предметы, да и повышенная стипендия радовала.

— Яра у меня умничка, — вставила мама с гордостью. — Одна из лучших на факультете. И поступила сама. А ведь какой конкурс бешеный был!

— Почему ты выбрала именно эту профессию, Ярослава? Не сочти занудным, но действительно интересно, — улыбнулся Костя, и я подумала, что, кажется, он неплохой человек.

— Мне нравится писать, — честно ответила я.

— Публицистику или прозу? — полюбопытствовал Костя.

— И то, и другое, — ответила я удивленно. Обычно люди не особо понимали разницу.

— Когда-то я писал стихи, — хмыкнул Костя.

— Серьезно? — толкнула его локтем в бок мама. — Ты? Стихи?

— А что ты удивляешься, Лен? — весело спросил он. — Я был молодым и наивным. Влюбился в девушку и строчил ей послания, рифмуя кровь и любовь. Мои стихи ее покорили и она сдалась.

— А мне ты стихи не писал, — лукаво улыбнулась мама.

— Напишу, — пообещал Костя. — Рифмую я еще хуже, чем раньше, но ты сама напросилась.

Мама рассмеялась, и я снова подумала, что они довольно милая пара. Где, интересно, они познакомились? Я задала этот вопрос, и Костя с удовольствием начал рассказывать, как на каком-то фуршете с ним столкнулась красивая женщина и случайно испачкала его рубашку канапе, которое держала в руке.

— Я думал, убью ее, — рассмеялся мужчина.

— Я не специально, Кость! — возмутилась мама. — Ты пер, как танк! Никого не видел! И вообще, что значит, столкнулись? Это ты на меня налетел! Испачкался и стал ругаться!

— Я не ругался, Лен. Я просто пытался объяснить, что не стоит пачкать людям рубашки на официальных мероприятиях, — ухмыльнулся тот.

Они стали в шутку переругиваться — как настоящая парочка. И, с одной стороны, для меня это было дико непривычно. А с другой, мне нравилось то, как они ведут себя. Искренне.

— А что был потом? — спросила я.

Мама улыбнулась.

— Он взял у меня номер. Сказал, что теперь я должна отплатить ему ужином за испорченную рубашку.

— Я просто воспользовался ситуацией и не отпустил красивую женщину.