Книга Запрети любить, страница 7 – Анна Джейн

Мама схватила меня в охапку и утащила в комнату. Она ни слова мне не сказала — просто молча уложила спать. А сама потом сидела на полу и плакала, думая, наверное, что я сплю и ничего не слышу из-за стука дождя по стеклу.

Рано утром она позвонила Оксане.

— Не могу так больше, чувствую себя такой жалкой, — услышала я сквозь сон. — Помоги мне, пожалуйста. Я правда больше не могу…

Потом мама куда-то уехала, строго-настрого запретив мне подходить к дверям. А уже вечером мы уехали из коммунальной квартиры и поселились в большой квартире Оксаны в центре города. Теперь окно комнаты, в которой я жила, выходило на реку и набережную. И вместо закатов я видела красивые рассветы.

У нас началась другая жизнь.

Не знаю, чем занималась мама, но она изменилась. Подстригла волосы до плеч, начала краситься, стала носить не джинсы и затасканные футболки, а платья. Стала увереннее в себе. Даже научилась смеяться. Она много времени проводила на работе вместе с тетей Оксаной, а со мной сидела бабушка Галя, которая водила меня в первый класс, варила кашу и заплетала косички, словно я была ее настоящей внучкой.

Мама изменилась не сразу, а постепенно, но уже через год, когда я закончила первый класс, она стала другой. Воздушной, утонченной, порхающей, будто бабочка. Очень красивой. Только вот глаза у нее стали чужими, будто отстраненными. Порой мама закрывалась в ванной и плакала, думая, что я не слышу. Но я не понимала, почему. И тоже плакала.

Мы съехали от Оксаны в квартиру в соседнем доме — большую и дорого обставленную. У меня появились платья и игрушки, даже свой телефон. Только вот я так и не понимала, кем работает мама. На вопрос учительницы ответила как-то, что мама работает в ночном магазине, поэтому ее часто нету дома ночами. А иногда она и вовсе уезжает на несколько дней.

— И что же продает твоя мама? — спросила учительница.

Я пожала плечами.

— Мама не говорит. Но она всегда уходит на работу красивая. Думаю, она продает волшебные вещи, — сказала я тогда, не понимая, почему учительница поднимает бровь, словно не веря моим словам.

— А кем работает папа? — задала новый вопрос учительница.

— Монстром, — ответила я. — Только это тайна. Не говорите никому.

Она не сказала. Может быть, потому, что школа, в которую я ходила, была частной, а может быть, ей просто было все равно.

Наша жизнь наладилась, и в ней больше не было места бедности и страху. Отец так и не смог нас найти. И мне казалось, что наша семья — счастливая.

Когда я пошла в среднюю школу, мама перестала пропадать где-то ночами, но много времени проводила в салонах красоты вместе с Оксаной. Тогда же я узнала, что у нее появился мужчина. Узнала случайно — увидела из окна, как он подвозит ее домой на дорогом автомобиле, а потом целует на прощание.

— Ты выйдешь за него замуж, мам? — наивно спросила я, когда она пришла домой и, небрежно повесив шубку, прошла в гостиную, где я делала уроки.

На ее губах промелькнула странная улыбка.

— Нет, милая.

— Почему? — удивилась я.

— У него уже есть жена, — загадочно ответила мама.

Только позднее, лет в двенадцать или тринадцать я поняла, кем стала моя мама. Сначала она была эскортницей — сопровождала богатых мужчин на встречах и поездках. Это был так называемый чистовой экскорт. Мама училась на переводчика, поэтому знала два языка, разбиралась в истории и литературе, поэтому могла, как говорила Оксана, стать достойной спутницей обеспеченного человека. А потом, как и Оксана, мама нашла богатого мужчину и стала его любовницей. Содержанкой. Ей не нужно было работать — только следить за собой и по первому его зову срываться и ехать к нему.