Книга Солнечные искры, страница 125 – Анна Джейн

— Да и папа в полиции служит – подполковник экономической безопасности. Но очень добрый и отзывчивый, – хвасталась я дальше.

— О, да, Евгений Борисович – мировой мужик, – подтвердил Смерч. – Если бы я встретил свою дочку около игрового центра непонятно с кем, я бы не был таким добрым и вежливым.

Он расхохотался. Хохотунчик, блин.

— Ты просто не встречал еще моего брата, а он, между прочим, в местном отделении ФСБ работает, – скромно сказала я. Ха, у Тролля точно нет таких крутых родственничков!

— У тебя вся семья в полиции работает? – спросил Никита с удивлением.

— Да, почти, – я была сама скромность. Кстати, насколько я помнила, папы у Ника не было, он жил с братом и мамой, но кем те работали, я не имела возможности узнать. Может… расскажет мой идеал что-нибудь о себе?

Но нет, он отмолчался. Вместо него заговорила слово-охотливая нынче Ольга.

— А как ты оценишь свою домашнюю ситуацию? – спросил Кларский у Смерчинского. На них было забавно смотреть – на таких разных парней. Дэн вольготно развалился на лавке, второй сидел с прямой спиной, не без изящества закинув ногу на ногу. И я, честно сказать, на какое-то время потерялось, не в силах понять, кто все же более милый.

— У меня дома… – начал, было, темноволосая знаменитость местных масштабов, которому издали махали какие-то левые друзья-скейтеры.

— У тебя дома не все, мы знаем, котеночек. Но я ребятам поясню: у тебя анархия, – перебила я его.

Смерч расхохотался.

— Либерализм, – покачал он головой, и шоколадные волосы разметались в разные стороны. Я пожалела дурашку и, как Ник, убрала прядь с его щеки. На мгновение мои пальцы замерли над его лицом, а потом я, чуть смутившись, подергала парня за нос.

— Хватит сегодня мучить мой нос, – с неудовольствием произнес Смерчинский. Эта фраза очень заинтересовала «объектов», но они не стали вдаваться в тупые вопросы, как же я это с носом Смерча проделываю?

— У тебя что, нос – самое слабое и уязвимое место, как у собаки? – с восторгом поинтересовалась я.

— А я бы мог стать твоим верным псом, моя мисс.

Смерч хрипловато и очень талантливо гавкнул мне на ухо. Я гавкнула в ответ. Он передразнил меня. Мне ничего не оставалось, как вскочить и разразиться настоящим визгливым лаем – меня это развеселило просто нереально, а вот Ольга посмотрела на меня, как на дурочку. Уж она-то себе такого поведения не позволит – она настоящая леди. И не только она, кстати, подозрительно уставилась на мою скромную персону. Девочка с розовыми бантиками, ее мамаша и присоединившиеся к ним тетки, проходя мимо, тут же повернулись в нашу сторону, и моя старая знакомая, прижимая к себе дочку, отчетливо произнесла:

— Какой кошмар. Она опять тут. И уже лает.

— Кто она? – полюбопытствовали ее спутницы. Я отвернулась. Вот блин!

— Та самая сумасшедшая, которая нам сегодня уже два раза попадалась. Наркоманка.

— Это беременная тетенька. Мама, я не хочу иметь деток, когда буду большой. А то я буду такой же странной! И лаять буду! – заныла девочка.

— Не обращай на нее внимания, солнышко. Пошли быстрее.

— Бедненький ребеночек… У наркоманов-то больные дети рождаются… – заговорили тетки, осуждающе уставившись на меня. Дэн притянул меня к себе и бестактно усадил на колени, откуда я, чуточку попихавшись локтями, все же слезла.