Книга Солнечные искры, страница 130 – Анна Джейн

Я вдруг поняла, что пахнет летом. Теплый воздух, нагретый нежным солнцем, был насыщен летними запахами.

Вот и знакомые лица – недалеко от нас сидит и дядька в дорогом костюме – только уже один, и нервно смотрит на часы, ждет свою фарфоровую красавицу, наверное… А рядышком то самое семейство, глава которого выспрашивал у Смерча, как можно провести семью в парк бесплатно.

Почти все места были заняты. Однако стоило Смерчику появиться, как сразу два из них прямо в центре кафе, перед импровизированной сценой, где красиво пела в микрофон какая-то девушка, освободились, и мы поспешили занять один из них. Я находилась в предвкушении: сейчас, прямо сейчас Никиту чуть-чуть опозорят, и его отношения с Князем будут рушиться, как карточный домик. Все это будет сейчас! Жалко, конечно, но… план есть план.

Мы сели друг напротив друга. Пара напротив пары.

— Не самое лучшее местечко, – поморщился Никита. – Ольга, если хочешь, я могу отвести нас в другое место, тут недалеко есть…

— Все хорошо. Я люблю такие места, простые и без пафоса, – мило улыбаясь, сказала ему Князева и тряхнула волосами. Они сияющей волной были переброшены на одно плечо. Парень тут же уставился на оголенную тонкую шею. Я тоже. С намерением прокусить девахе сонную артерию, а потом сказать, что так и было.

— Здесь живая аура вольного общения, Никит, – улыбаясь и крутя головой в разные стороны, произнесла Оля. – А в дорогих кафе часто бывает скучно. Здесь и караоке есть, здорово! Я так люблю музыку!

— Вя фак вубвуб муфыку, – прошепелявила я. Смерч услышал и поднес указательный палец к губам, предупреждая, чтобы я была тише.

— Я еще не слышал, как ты поешь.

— Может быть, услышишь сегодня, – кокетливо дотронулась до щеки парня Оля. А я вдруг поймала ее на том, что улыбается она фальшиво. – Я закончила музыкальную школу и очень люблю петь.

Караоке – это, конечно, здорово, я бы тоже с удовольствием бы спела, хотя музыкальную школу не посещала, все свое несчастное детство отходив в секцию по легкой атлетике, однако сейчас волновалась из-за плана нашего шального гения, который как ни в чем не бывало сидел и рассматривал ножки официантки. Я мило, как ангел местного разлива, улыбнулась, и незаметно от Ника и Ольги ущипнула Дениса за бок. Незаметно, зато ощутимо – он даже дернулся.

— Что? – возмутился Дэн, с трудом отводя очи от созерцания чужих конечностей.

— Ничего, бабник. Я есть хочу, заказывай. А кафе, кстати, неплохое все же, – сказала я «объектам». – У нас около дома вообще ужас какой-то, а не летние кафе. В них одни пьяные тусуются. И очень бесстрашные. Когда в прошлом месяце, ночью, в кафе, которое выглядело самым приличным в квартале, была супер-мега-драка, с ножами и огнестрелом, сразу несколько уазиков примчалось. Самых буйных «ласточкой» повязали. Едва ли не до утра все веселились… И из кафе товарищи, и жители близлежащих домов…

— А ты откуда знаешь, моя милашка? – сердито спросил Денис.

— А я мимо проходила.

— Почему ты ходишь одна по ночам в своем опасном районе? – нахмурился Смерчинский.

Вообще-то я возвращалась в час ночи со дня рождения Маринки, на машине ее папы, счастливая, в обнимку с не менее счастливой подругой, которой надарили на двадцатилетие классные подарки. В большом джипе с нами сидели Лида и еще несколько хороших подруг именинницы. Все мы хотели продолжить отмечать в клубе, и меня повезли домой, чтобы я переоделась (на празднике я уделала джинсы в вине). Но «любимому» сказала совершенно другое: