Книга Касание ветра, страница 141 – Анна Джейн

— Чего молчим? – поинтересовалась я.

— Думаю…

— О чем?

— О том, что сделали мои друзья. Это было неожиданно и… Да, это было жуткое зрелище.

— На твоем месте я не называла бы их друзьями, – заметила я. – Я до сих пор чувствую себя оплеванной.

— Оплеванной? Ты? Брось, – твердо заявил он. – Все в порядке. Ты держалась молодцем. – Он вздохнул. – Теперь Ольга думает, что у меня есть девушка…

— Может, она не знает? – предположила я, когда брюнет с надеждой взглянул на меня. Для отчаявшихся любая надежда, даже та, что больше походит на привязанную к удочке злодеем-шутником пятитысячную купюру, предназначенную для махания с третьего этажа перед лицом бедняка, кажется спасительным мостиком через мутную реку разочарования. И тогда я с довольной улыбкой – нет, даже почти со счастливой! – сообщила ему:

— Я шучу. Это уже все в универе знают. Хотя, конечно, если Князь – непроходимо тупая, то у тебя есть шанс сохранить все в секрете.

После этого я гомерически захохотала – правда, не слишком громко.

— Злорадная ты, девочка моя, – не показалось это смешным Смерчу, однако я ошиблась – в следующую минуту улыбнулся и он – и стал похож на ангела: такой лучезарной казалось его улыбка. Люблю людей, которые могут смеяться над собой и над своими неприятностями и неудачами.

— А ведь, – проговорил Дэн, не зная, что я о нем думаю, – и лицо его при этом осветилось еще и умилением, – Клара тоже теперь это знает. Хотя, конечно, если наш мальчонка – непроходимо тупой, то у тебя есть шанс сохранить все в секрете.

— Не повторяй за мной, – мигом перестала я ржать: Дэн был прав, прав, и мне это не нравилось! – Блин, это ведь действительно так. И вини во всем дружков-приятелей, ясно? Твои друзья – по крайней мере те, кто это затеял, явные шизофреники. Шизоголики, – вынесла я суровый вердикт. У меня уже все ноги затекли сидеть здесь. Я теперь домой хочу, к маме, к ужину и к котэ. Даже комната Федьки, похожая на берлогу слонопотама, мне нравилась больше, чем аудитория БХА.

— Are they fucking kidding me? Are they retards? – он потер лоб, словно говоря это сам себе.

— Что? – не поняла я.

— Да так… В семье не без урода. Уродов, – коротко пояснил парень. – Так, Маш, попробую позвонить парням, узнаю кое-что.

— Ага, – мой взгляд наткнулся на подарочек, врученный Дэну заботливыми Шляпниками. – А что там внутри?

— Не знаю, – пожал плечами Дейл, наморщив лоб и решая, кому позвонить.

— А я потеряла букет, – пожаловалась я со вздохом величайшего сожаления. – Естественно, из-за тебя. Вот что значит невезенье. Слышишь, Смерчинский, и ты продолжишь утверждать, что ты удачливый парень? Ты? Тому, кто прозвал тебя Лаки Боем, – плюнь ему в глаз.

— Пожалуй, я без таких радикальных мер обойдусь, – не захотел слушаться меня он.

— Жаль, жаль. О! Ого! – принюхалась я, излишне громко втягивая носом воздух. – О!

Дэн с некоторым недоумением поглядел на меня и тоже пару раз втянул носом воздух.

— Ты что? – удивился он.

— Я чувствую… – громким трагичным полушепотом произнесла я. – Чувствую?

— Что?

— Его!

— Кого? – поднял левую бровь мой собеседник и друг по несчастьям.

Я смерила его притворно-жалостливым взглядом и произнесла назидательно:

— Великий дух неудачи! Он витает над тобой. Да! Да! Я вижу его.

— Серьезно, сколько тебе лет, Чип? – с излишней заботой спросил партнер. – Вроде бы не десять…

— Девятнадцать, – гордо поведала я. Свой день рождения я отмечала совсем недавно – он приходился почти на середину апреля.

— Друг мой, ты настолько не смотришься, – покровительственно отозвался парень, явно намекая на мою не слишком взрослую внешность. – А в душе тебе все-таки десять. Хорошо-хорошо! Двенадцать. Тринадцать! – повысил он мой возраст, глядя на то, как я сжимаю губы.

— Неудачник.

— По крайней мере мы удачно смылись. К тому же я тебе говорил – давненько со мной не было такого… Фортуна решила наказать меня за что-то? – весело сам у себя спросил Дэн.

— Наверное. Ты слишком красив, умен и даже богат. Тебе положено быть неудачником, Смерчинский. Или лишиться одного из этих свойств. Мир, знаешь ли, любит равновесие. А ты его своей идеальностью нарушаешь. Ну что тебе вручили дружки? – вновь полюбопытствовала я, глядя на лежащую на полу коробку.

— Спасибо за то, что поделилась своими размышлениями, Мария. Я, пожалуй, попытаюсь оставить себе все это, – проявил-таки свою алчность Дэн. – Если тебе интересно – открывай.

Продолжение следует