Книга За руку с ветром, страница 11 – Анна Джейн

Ее бы еще надо перекрасить. Сама-то не догадается. И в горы ее так никто не отвезет. И защитить от Ника будет некому. Малышка… Его собственная и неповторимая, которая вот-вот вырастет. И ей в этом нужно немного помочь.

Где-то раздалось тоскливое завывание ветра.

— Вот видишь, – произнесла Инна тихо, но уверено, и светлее волосы ее вдруг растрепались мгновенным порывом ветра. – Ты знаешь, что тебе нужно.

— А как же ты? – горечь в голосе Дэна казалась обжигающей.

— Теперь я могу признаться. Сама себе. Мое время в твоем сердце истекает. Я останусь только в твоей памяти. – Тонкие мертвенно-бледные руки сняли с головы венок из ромашек.

Летние, простые, но трогательные, как детские улыбки, цветы – символ любви и юности, стали постепенно увядать. Лепесток за лепестком, цветок за цветком.

Да и наряд Инны продолжал менять свой цвет и теперь больше не походил на подвенечное платье. Скорее на летнее легкое одеяние из воздушной материи. Как только оно стало насыщенного лазурного цвета, девушка вдруг вздрогнула и стала медленно растворяться в воздухе.

— Последние три вопроса, – едва шевеля почти синими губами, произнес Дэн. Понял, что она сейчас исчезнет.

— Давай. Говори.

— Ты меня любила?

— Конечно.

Он кивнул, собираясь с мыслями:

— И я тебя. Я… так поступил. Но я не хотел.

— Знаю. – Лица ее так и не было видно, но, казалось, что ласково улыбнулась. – Не вини себя.

— Но это вновь был виноват я. – Он с трудом выдохнул эти слова. И замер в оцепенении. Экран вновь хотел показать какую-то очередную запись из его жизни, но Инна повернулась к нему, и вместо новых ярких кадров на экране появилась рябь, однако она вскоре исчезла, уступив место застывшему Машиному изображению.

— Я виноват, – повторил Дэн и в отчаянии ударил кулаком о невидимую преграду. Она выстояла.

— Нет, не ты, – медленно ответила девушка, медленно растворяющаяся в воздухе. – Последний вопрос.

Прежде чем задать его, Дэн выдохнул, затаил дыхание, и лишь когда легкие почувствовали тяжесть, произнес:

— А она… ты ее видела?

Лазурная невеста мгновенно поняла, о ком говорит Денис. И кивнула.

— Она на меня злится? Почему ее нет, если есть ты? Она не захотела приходить? Она винит? Она меня ненавидит? – его глаза стали еще краснее, а в голосе появилась детская беспомощность.

— Это уже не три вопроса, мишка. – Призрачная Инна протянула руку, касаясь кончиками пальцев преграды – там, с другой стороны этого же места недавно касалась широкая ладонь Дэна.

— А она – это другое. Я смогла прийти, а она – нет. И она не злиться. Конечно, нет. И просит сказать, что ты ни в чем не виноват. Конечно, ты ни в чем не виноват. – Почти прозрачная уже Инна печально, с любовью, произнесла: – Прощай. Мне пора.

— Не уходи так быстро! Ответь, пожалуйста! – у него по щеке медленно покатилась первая слеза, прозрачная, крупная, а почти сразу за ней – вторая. И третья, и четвертая…

— Мне пора. Я очень тебя люблю. И она. И эта девочка – тоже, больше всех, – кивнула в сторону экрана с Машиным изображением светловолосая. – Прощай. Не переживай. Не мучайся. В следующей жизни мы еще раз встретимся. Я специально проверю, счастлив ли ты. Иди наверх, – успел шепнуть чистый голос.

И девушка в лазурном легком платье, с подолом которого играл сквозняк, полностью растворилась в воздухе, оставив Смерча одного. Лишь легкие переливающиеся под лучами прожектора лазурные блестки говорили о том, что еще несколько секунд назад здесь была Инна.