Книга За руку с ветром, страница 191 – Анна Джейн

— Я отвратительна? – спросила она, когда они покинули медицинское учреждение перед самым рассветом. Здание его располагалось на высоком берегу реки, перед набережной. И всюду тут и там были разбросаны скамьи, на одну из которых перевязанный Дима и Оля, у которой от слез опухли глаза, сели. Солнце медленно поднималось, раскрашивая на востоке небо оранжевыми, розовыми, красными красками и посыпая золотистыми блесками. Все это отражалось в спокойной воде – река казалось солнечной.

— Мы оба поступали неправильно, – осторожно отозвался парень. – Он всегда был благороднее меня.

— Никита? – спросила Ольга, хотя и так было понятно, о ком говорит Чащин. – А если бы ты мог попасть в прошлое, что бы ты изменил? – вдруг спросила она.

— А ты?

— Я бы спасла сестру и полюбила тебя раньше.

— Я не стал бы трусом.

— А я? Ты бы…

Ольга не успела договорить – парень поцеловал ее, как и всегда, положив руку на обнаженное плечо.

* * *

Черри, беспечно засунув руки в карманы брюк и почти беззвучно насвистывая веселую мелодию, шел по ресторанному комплексу, в котором проходил благотворительный бал «Ночь жизни». Такие скучные пафосные мероприятия он терпеть не мог, а собравшихся презирал всеми фибрами своей бунтовской души, однако в этот раз его заставил прийти собственный отец-режиссер, который потащил его чуть ли не за шиворот. После небольшого спектакля, устроенного им по просьбе малышки Князевой, которая хотела узнать, что это за девица рядом с Никитой, настроение его слегка улучшилось – придуриваться Саша любил, а подразнить мажора, который однажды угрожал Дэну, ему нравилось. Да и подружка у него была вполне себе ничего. Правда, он уже задним умом понял, что не стоило Ольге отправлять его к этому прилизанному типу, ведь Кларский мог узнать его, но, к счастью, тот не вспомнил Черри, да и его подружка Ника ничего не сказала, и зеленоволосый вышел сухим из воды. Главное, что все получилось так, как Ольга просила. Он слегка поприставал к Никам в квадрате, вынудив Никиту сказать, что спутница – его девушка, и ушел, со стороны наблюдая, как храбрая малышка Князева плеснула мажору шампанское в лицо.

Понаблюдав за представлением, Черри с чувством выполненного долга направился к барной стойке, чтобы опрокинуть пару-другую бокалов старого доброго пива или хотя бы вискаря. Однако на полпути к заветному месту его вновь перехватил Павел Аскольдович и заставил поздороваться с какими-то высокопоставленными гостями вечера. Если бы не стоящая рядом Ангелина Карловна, Черри бы плюнул на отца и ушел бы восвояси, но мачехе грубить не мог, поэтому остался и почти вежливо кивал в ответ знакомым отца, представляющим творческую интеллигенцию северной столицы, заглянувшую сюда на яркий огонек.

Вскоре к отцу подошла шумная компания местных депутатов Законодательного Собрания, возглавляемых их председателем, и Черри пришлось здороваться еще и с ними. Председатель – лысый, как коленка, мужик со смешными лопоухими ушами и взглядом затаившегося в кустах буйвола, был не один. Его сопровождали жена, две дочери и племянница. Если первые три особы женского пола никаких эмоций у Саши не вызвали, то последняя весьма и весьма заинтересовала. Миниатюрная пепельная блондинка с огромными зелеными глазами и бледно-розовыми пухлыми губками, кажущимися на светлой бархатной коже настоящим цветком, очень нежным, цветущим прямо на снегу, очень и очень понравилась Черри, и он даже улыбнулся ей – милашки парню вообще всегда поднимали настроение, особенно если у них были хорошие ножки. А у этой блондиночки не только ножки казались прелестными. Девушка была облачена в черное, короткое, но простое вечернее платье с небольшим декольте и с чуть более открытой спиной. Хотя наряд и был незамысловатым, он словно подчеркивал ее грациозную и гибкую фигуру, а единственное украшение – тонкая цепочка с розовым кулоном делали изгиб ее шеи еще более изящным. В общем, Александр впечатлился. И впечатлился нехило.